На страже чести

Блэр толкнула Кэм назад в комнату и выпорхнула из рубашки, – Ты голодна?

Кэм медленно провела рукой вниз по центру ее живота, наблюдая как Блэр следит за её движением.

Она растегнула кнопку на штанах и потянула молнию, – Да.

Закрыв глаза, пропуская между пальцами волны волос Блэр,Кэм упивалась ощущением обжигающей теплоты её губ, воспламеняющим её и без того уже горящую кожу, и их нежностью, подводящую её всё ближе к пику наслаждения. Поднимаясь из самых скрытых глубин первый шепот оргазма скрутил низ её живота и разбежался, словно языки пламени вдоль её позвоночника. Её кожа покалывала, мышцы бедер дрожа приподнялись в безмолвной просьбе, умоляя её возлюбленную взять больше.

– Как хорошо, – сладостно прохрипела Кэм.

Тихо постанывая Блэр провела рукой по центру низа живота Кэм, чувствуя, как её мышцы напрягаются, готовые к финальному толчку. Как и бывало всегда, в этот момент, чистая и беззащитная красота, расцвела под её рукой, распустилась у её губ, её дыхание замерло в груди, а кровь загремела в ушах. В этот момент зазвонил телефон Кэмерон.

Она разочарованно застонала, а удовольствие развеялось. Блэр подняла губы. – Не отвечай.

Но Кэм уже перевернулась на бок и потянулась к тумбочке за телефоном. Она отчаянно пыталась перебороть требование её заведенного тела прийти к разрядке, чтобы очистить голову.

Выдохнув, она рыкнула в трубку: – Робертс.

Тяжело дыша, Блэр оттолкнулась, плюхнулась на спину и уставилась в потолок. Она сжала в кулак простынь и натянула её сверху. «Всё чего мы хотели – это несколько проктятых часов!»

Она позволила себе забыть обо всём, кроме того, что она рядом с Кэм в течение нескольких часов, и теперь эта идиллия развеялась. Она запустила руки в волосы, пытаясь не впасть в ярость. «В этом никто не виноват. Не Кэм. Ни тот, кто находится на другом конце линии. Никто. Просто это так».

В другое время и в другом месте она бы уже встала с кровати и одевалась. Если бы она пыталась доставить удовольствие какой-либо случайной женщине, она сорвала бы свой гнев на том, кто попался бы под руку – самой себе, ее мимелётной любовнице, или, при случае, на друзьях. Но сейчас она была наедине с женщиной, которую любила и ей некуда было деть свою злость, кроме как оставить ее внутри себя. Если бы она позволила этому вырваться наружу, она бы разрушила даже воспоминания о нескольких часах, проведенных в объятиях Кэм.

Робертс захлопнула телефон и положила его обратно, повернувшись к Блэр, – Мне жаль…

– Нет, – быстро возразила Блэр, обращаясь лицом к возлюбленной, – Нет, всё в порядке.

Опираясь на руку, рядом с ее головой, она приблизилась губами к Кэм и нежно поцеловала ее, скользнув другой рукой к ней между бедер.