Дьявол. Ставка на любовь (СИ)

Но оказывается, папа в курсе всех дел и уже успел пообщаться с Высоцким.

Снова смотрю в тёмные окна квартиры, испытывая ужас от мысли, что ночь мне предстоит провести в абсолютном одиночестве.

— Я боюсь туда возвращаться, — озвучиваю свои страхи. — Вдруг снова…

— Исключено, — перебивает парень. — Никто к вам больше не заявится.

— Я тоже так думала до сегодняшнего дня.

— Поехали тогда ко мне, какие проблемы?

— К тебе я точно не поеду! — заявляю категорично.

Взволновано кусаю губы, глядя на Макса. И не решаюсь озвучить то, что стучит в моей голове. Это немыслимо, но других вариантов я не вижу.

У меня была чертовски паршивая неделя.

Это особенно хорошо прочувствовали мои пацаны, с которых я жёстко спрашивал за все косяки. И которые охренели бы, увидев, как спокойно и терпеливо я сейчас общаюсь с Лисовец.

Уставший, злой и голодный, я не испытываю даже малейшего желания нарычать на Вику и не стремлюсь побыстрее от неё отделаться. Наоборот, хочется подольше побыть рядом, потому что её присутствие меня расслабляет.

Хреново, что поводом нашей встречи стали оборзевшие шавки Артурчика, напугавшие малышку до такой степени, что она теперь боится возвращаться домой. И ко мне ехать тоже отказывается.

В гостиницу её, что ли, отвезти?..

— Ты можешь… остаться со мной на ночь? — звучит вопрос, и моя бровь непроизвольно выгибается.

На практике такие предложения обычно заканчиваются сексом. Но это не тот случай.

По чистому и открытому взгляду Лисёны видно, что её вопрос скорее про доверие. И это гораздо сексуальнее, чем похоть случайных девок.

— Надо тогда еду заказать, — тянусь к мобильнику, чтобы оформить доставку.

— Зачем? У меня дома есть еда.

— Ты про ПП-шный салат? — усмехаюсь. — Или что там обычно девчонки жуют после шести? Без обид, Лисён, но я не считаю траву едой.

— Салат я не успела сделать, — Вика жмёт плечами. — Но зато пожарила котлеты и запекла картошку. Ещё суп куриный с вермишелью есть. Или ты такое не любишь?

Сглотнув слюну, с подозрением смотрю на Лисовец.

— Ты умеешь готовить?

— Почему тебя это удивляет? — смущается она. — Папа признаёт только домашнюю еду, поэтому…

— Ясно, — перебиваю, резко распахивая дверь. — К чёрту доставку. Пошли.

Не могу вспомнить, когда последний раз ел домашнюю еду. Мать никогда не увлекалась готовкой, у неё карьера была в приоритете. Сестра младшая тоже не проявляла к этому интереса. А девки, с которыми проводил время, только в постели себя показывать успевали. Дальше не пускал.

— Я сейчас всё разогрею, — начинает суетится Лисёна, едва заходим в квартиру.

А я осматриваюсь. Нахожу ванную, мою руки и, пройдя в зал, замечаю на стене фотки в рамках.

На одной из них Палыч — молодой совсем, но уже здоровый, как бык. Он прижимает к себе стройную рыжую девчонку лет восемнадцати.