Любовь на сладкое

— Он женат?

— Нет!

— Есть невеста или подруга?

— За кого ты меня принимаешь?

— Ну а чего тогда врешь? Друзья, ага!

— Просто ничего нет такого, он тоже юрист, здесь учился и не так давно расстался с девушкой, с которой много лет встречался.

Я не хочу обидеть Инку, вот и рассказываю. Хотя на самом деле, даже если бы она не спросила, сложно было бы сдержаться.

— Он мне работу помогает искать. Знаешь, что такое… — Читаю сообщение Марата. — Что такое сеть «Жар-птица»?

— Конечно. Это супермаркеты, большая сеть, у нас сын владельца в универе учился, Жаров, кажется.

— Леха?

— Откуда ты его знаешь? Ты же вроде только приехала.

— Он приятель Марата, мы…

— Погоди. Я знаю одного Марата, из этой же компании, что и Жаров. Марат Бухтияров?

Молчу, но слов моих Журавлевой не надо.

— Вот это да! Он хороший парень. Поздравляю!

— Не с чем. Мы с ним просто друзья.

— Ну так измени это, если хочешь. Он тебе работу нашел, пригласи его куда-нибудь. Ладно, пошли на пару.

Хорошо быть рыжей, красивой и уверенной в себе!

До «Жар-птицы» мне, оказалось, ехать полчаса всего. Это я уже прикидываю расстояние от универа до работы. Ха! Если поступишь и если тебе дадут работу.

Большие стеклянные двери отражают солнечный свет, своими размерами они меня пугают. Я вижу в них свое отражение — немного растерянное лицо с растрепавшимися волосами, которые требуют расчески прямо сейчас.

А потом чуть не вскрикиваю, когда рядом с собой замечаю чей-то высокий силуэт. Знакомый такой силуэт.

— Привет, малышка! Телефон решила вернуть или просто в гости пришла?

Оборачиваюсь и снова не могу не щуриться. Эти наглые рыжие просто везде!

Глава 31

— Ты что здесь, вообще, делаешь?

— А ты?

И почему меня не удивляет такой ответ? А ведь он так в принципе со всеми общается, и девчонки от него все равно млеют. Сразу стало почему-то обидно за хороших, правильных парней.

— Я? У меня собеседование. А телефон… — Я замялась. — Слушай, мой пока не починили. Звонили утром, сказали, еще пару дней. Но если тебе нужен…

— Мне?

Узкое лицо с резкими чертами скривилось в насмешливой ухмылке, от которой сразу захотелось покраснеть. Перебьется!

Народное достояние? Точнее и не скажешь про твоего брата, Инна. Даже я не могу представить, кому и когда он может достаться в вечное пользование. Разве что лет в девяносто, а до этого точно, как эстафетная палка, будет переходить из рук в руки.

— Ты чего зависла, малышка? Заходи. Или не хочешь идти на собеседование?

— Типун тебе! На язык или другой стратегически важный орган, если он, конечно, есть."

"Почему-то рядом с рыжим хотелось язвить и быть не Любой Метелицей, а Любовью на сладкое или того хуже — Язвой на закуску. Пусть Холодов сейчас обыкается!

В безмятежном взгляде рыжего проскользнуло что-то такое, чего точно стоит опасаться.