Любовь на сладкое

— Люба, жизнь проще, чем ты думаешь. Клади болт на тех, кто кладет или хочет положить на тебя. Да на всех клади, а я помогу, если что, — завершает свою гениальную мысль «король туалетов». — И ничего не бойся.

Измученное воображение тут же рисует Альберта в квартире Зарецкой. От картинки в голове сразу настроение улучшилось. Вот уж не знала, что я такая мстительная.

— Инка знает, что ты с ее братом что-то мутишь?

— Так для нее же, — довольно ответил Альберт, но больше распространяться не стал.

Да и вернувшийся Кир тоже больше помалкивал, лишь, когда я уже засобиралась домой, предложил меня отвезти.

— Не бойся, не на мотоцикле. Я сегодня на тачке. Нам просто по пути.

Ну раз по пути!

Что угодно могла подумать про Кира, но только не то, что он способен быстро, но аккуратно ездить, да еще и на спортивной машине.

— Не хочу, чтобы тебя укачало, — отвечает моим мыслям Кир. — Что у тебя случилось?

— У меня?

— Ты бледная и молчаливая. С Маратом поругалась?

— Нет!

— Жаль. Мы приехали. — Кир кивает вперед, и я узнаю свой подъезд. Вот это скорость! — Я всегда к твоим услугам, Люба. И я лучше Марата.

— В чем это?

— Целуюсь лучше. Хочешь проверить? — Протягивает ладонь к моему лицу, но я отодвигаюсь.

— Нет, конечно! — Отталкиваю рыжего и зарекаюсь с ним куда-либо ездить. — Наглец.

Я бы ему еще добавила несколько простых, но понятных слов, однако не успела: раздался голос Наргиз, и на экране я увидела самое красивое мужское имя.

Марат!

— Как все запущено, — протянул Журавлев. — Но я все равно жду. Жаль, не только я.

Сначала не поняла, о чем он, а потом, наконец, посмотрела вперед через лобовое стекло.

Марат?

Он стоит метрах в пятнадцати от нас, рядом со своим внедорожником. И выглядит Бухтияров совсем недобро.

Глава 45

МаратЧто за дерьмо?!

Перечитываю еще раз пост. Какого вообще?!

«Говорят, у Бухтиярова новая любовь. Наконец-то! Но, похоже, Марат снова сделал неправильный выбор. Знакомьтесь, Любовь Метелица, которая зачем-то собралась на «магу» в наш универ. Ну что ж, нам есть что рассказать про Любу и ее школьные похождения…»

Экран закрывают мелькающие сообщения со ссылками на «Трынделку». Смахиваю их, как надоедливых насекомых, — потом разберусь с доброхотами.

«…Его голос звучит во мне, как самая лучшая музыка на свете. Что бы ни случилось, я запомню этот голос навсегда. Я люблю слушать, когда Он что-нибудь говорит. А тут Он сказал целое одно слово «Привет!» только мне».

Люба. Точно она писала. Никаких доказательств не нужно — узнаю ее руку. В школе она была именно такой — нежной, метательной, искренней и трогательной. А еще скрытной. Даже не представлял, что она была так сильно влюблена. Какой-то прыщавый недомерок проходил мимо, даже не подозревая, как ему повезло.

Надо ее успокоить — наверняка уже и ей прислали.