Сказка на ночь

Диктор повествует о фактах с такой нерушимой уверенностью, что если бы я понятия не имела насчет реального положения вещей, точно бы поверила настолько серьезному мужчине, который облачен в элегантный костюм. Помимо весьма убедительной манеры подавать информацию отмечаю наличие огромного количества доказательств. Тут и съемки скрытой камерой, и прежде засекреченные фотографии, и фрагменты бесед с разными свидетелями и участниками событий. От громких имен голова идет кругом. Я плохо разбираюсь в политике, но персонажи до такой степени известны, что любой человек слышал о них. Не обходится и без глав крупных корпораций. Затронуто огромное число объектов. Чем дальше, тем больше подробностей сообщается. Происходящее растет, точно снежный ком. Набирает серьезные обороты. Превращается в настоящую лавину. Подробности секретной спецоперации способны поразить самое смелое воображение.

Проклятье. Разбудите меня. Неужели это действительно происходит?

Дьявол. Не верится. Разумеется, я в курсе талантов своего супруга. Он из любой ситуации выкрутится. Однако улизнуть из подобной ловушки — сказка. Фантастика. Даже сжимаю кулаки, вонзаю ногти в ладони, пробуя сбросить дурман после всего увиденного.

Когда репортаж завершается и наступает черед рекламной паузы, Рустам подает мне несколько газет и журналов. На некоторых красуется исключительно его лицо, на некоторых группа мужчин собрана — коллаж из нескольких снимков. Некоторые ограничиваются громадными заголовками на черном или красном фоне.

«Преступный синдикат». «Афера века». «Волки в овечьей шкуре — как политики и бизнесмены спонсируют терроризм».

Я просматриваю статьи, которые в чуть более сжатой форме подтверждают ту информацию, которая транслировалась по телевизору.

— Как ты умудрился такое провернуть? — выдаю наконец.

— Я действовал не один, — отвечает Рустам с таким видом, будто это все сразу объясняет. — Пришлось напрячься. Изначально на финальную стадию отводился длительный период. Примерно полгода. Но форс-мажор нас подогнал.

— Что изменилось?

— Облава началась быстрее, чем я ждал. Меня закрыли очень оперативно, даже не дали шанса красиво завершить подготовку. Ну а в целом я не хотел пропустить свои похороны. Да и долгую разлуку с тобой не представлял. Скоро родится наш ребенок. Скрываться станет проблематично. И что будет за жизнь, если придется таиться по углам? Пусть другие жмутся в подворотнях, боясь выйти на свет. Это прерогатива крыс.

Я опять листаю материал. Пальцы нервно подрагивают. Картина формируется все четче, собирается по фрагментам.

Официальная версия следствия оказывает эффект разорвавшейся бомбы. Подозреваю, реальная история вызвала бы куда больший резонанс, но мир и так гудит на полную.