Герцог на счастье

Потом я не выдержала:

— Ну как? Понравилось волноваться о том, кто бегает сломя голову непонятно куда и норовит влипнуть в неприятности?

— Это ты о себе? — тут же фыркнул дорогой муж.

— О ком же еще, — хмыкнула я. — Обо мне, о тебе, о нас. Я тоже каждый раз волнуюсь, когда ты скачешь на подвиги с рвением молодого козленка.

Кеннет возмущенно покосился на меня, гордо помолчал почти минуту, но потом сдался:

— Как, по-твоему, я должен был отреагировать на то, что этот мерзавец угрожает моей жене?! Надо было сразу спустить подлеца с лестницы!

— Как неаристократично, — промурлыкала я, жмурясь, словно кошка на солнышке.

«Эту женщину я вам не прощу» и «мерзавец, угрожающий моей жене» — как же приятно слышать подобное. Значит, я ему небезразлична.

Сама-то я не то чтобы влюбилась по уши, но… Взаимность в этом деле очень к месту.

— Мы пока не можем спускать с лестницы всех знакомых мерзавцев, как бы сильно ни хотелось. К тому же конкретно этого ты уже раз спустил, тайно, к черному ходу, — напомнила я. — О чем он благополучно забыл. И вполне мог на тебя пожаловаться. — Убедившись, что Кеннет внимательно меня слушает и уловил намек о склерозе у лорда Роберта, я продолжила: — Удовольствия от битой морды на полторы минуты, качели в виде виселицы — навсегда. А мне бы не хотелось тебя потерять. — Заметив самодовольно-гордый блеск во взгляде Кеннета, я чуть спустила его с небес: — В твое спасение столько моих нервов вложено! Так что еще одна выходка, и… — глядя на губы Кена так близко, было трудно ругаться. В голове вместо реальных угроз кружились одни лишь глупости, — я тебя банально покусаю. Привяжу к кровати и буду кусать за все места, до которых дотянусь!

— Звучит ужасно… ужасно заманчиво. — Кеннет, как специально, облизнулся, пристально глядя мне в глаза. — Но после твоих слов мне стало еще обиднее, что я не спустил этого прохвоста с лестницы. Может быть, от сотрясения у него восстановилась бы память?

— Вряд ли, — выдохнула я прямо ему в губы.

И дальше мы целовались как ненормальные до тех пор, пока деликатное покашливание где-то над головой не перешло в кашель бывалого каторжника, подавившегося кровью.

Оказывается, мы уже давно приехали. Экипаж остановился, и Ховард открыл дверь. А потом они с извозчиком на пару пытались привлечь наше внимание, как умели.

От экипажа до спальни муж нес меня на руках. И я даже не успела заметить, попался ли нам кто-нибудь по дороге. Честно говоря, если бы где-то в холле нам попытались помешать Селестина, королева и даже отряд королевской стражи, у них ничего бы не получилось. Кеннет был настроен очень решительно.

— То есть ты думаешь, что моя племянница… — Кеннет отчетливо скрипнул зубами.

Мне не хотелось портить раннее, томное и расслабленное утро такими разговорами.