Герцог на счастье

А потом уже было поздно — на меня налетела Селестина, тоже воодушевленная и с фанатично азартным блеском в глазах.

В первый момент вынырнувшую откуда-то сбоку бывшую подруженьку захотелось стукнуть чем-нибудь тяжелым. Или послать в известное место, адрес которого все знают, но ходить не торопятся.

Однако волевым усилием я подавила этот порыв. Девчонка подозрительно много суетится. И мне стало интересно, что она придумала на этот раз. К тому же Кеннет успеет немного отдышаться, а то у меня на эту ночь намечались большие планы.

— Оливия, давай сядем… да-да, прямо здесь. Мы так давно с тобой не разговаривали. Помнишь, как раньше?

«Как раньше» оказалось интересно, с графинчиком мягкого, похожего на фруктовый компот вина. Слишком сладкого и подозрительно терпкого.

Не думаю, что Селестина решила травануть меня чем-то серьезным, потому что вроде бы смело пила сама. А на такие сложности, как заранее принятое противоядие, у нее не хватило бы времени.

Я вспомнила ее напряженное личико перед ужином — она постоянно косилась то на меня, то на Кеннета.

Если бы у нее уже был готовый план, она бы так не хмурилась и не кусала губы, блуждая взглядом по гостиной, в которой, кстати, стоял буфет с винными бутылками.

Где-то на третьем бокале у меня случилось прозрение. Все оказалось банально и просто. Оливия плохо переносила алкоголь. Всегда. Без всяких вспомогательных зелий. И если ее напоить — она точно ночь проспит, не покушаясь на дядю и супружеский долг.

Понять бы еще, почему для Селестины это так важно. Неужели дело только в наследстве?

Внезапно моя стройная система про отравление дала сбой, потому что подружка вроде бы подливала одинаково в оба бокала, но каким-то чудесным образом, когда она наполняла свой, уровень вина в бутылке не изменялся. Занятный фокус… магия?

Мало кто обратил бы на это внимание, но у меня же профессиональная деформация, внимание к деталям. Да и просто недоверие к этой хитрой проныре.

— Ох, Оливия, — повторила Селестина. — Я уже не знаю, что и думать… мне тебя так жаль!

— Жаль? — Очень хорошая тактика, между прочим, повторять с вопросительной интонацией последнее слово собеседника. Создаешь видимость заинтересованности и провоцируешь на откровенность.

— Ну я же тебя знаю! Столько вместе! — чуть экзальтированно воскликнула девушка. Если бы она на самом деле пила, я решила бы, что хмель ее уже слегка повел. — Я знаю! И представляю, как тебе тяжело было пойти на сделку с собственной совестью… Неужели ты настолько сильно влюбилась, Оли?!

— А что еще могло заставить тебя так поступить? — Потерянный, несчастный взгляд из-под ресниц мне не померещился. Непростая ты девочка, Селестина, ох непростая… — Мы же вдвоем там были. И все видели своими глазами.