Герцог на счастье

Прослежу, чтобы ничье любопытное ухо не прижималось к нужной двери.

И оказалась в очередной раз права. Опыт оперативной работы не пропьешь, как ни старайся. Особенно если вместо крепкого алкоголя тебе подали какой-то фиолетовый лимонад. Местная популярная в народе химоза, не иначе.

Все приставленные к нам с мужем соглядатаи остались возле ограды герцогского особняка. А вот таинственный друг Кена играл в подкустового выползня совершенно бесталанно. И притащил за собой хвост — молодого блондина с цепким взглядом и слишком вкрадчивыми манерами. Точно не из полиции, к бабке не ходи. Я своих нутром чую. Другой породы тварюшка. Прикинувшись ветошью, он сидел в углу, из которого открывался отличный обзор на переговорную комнату. Место козырнее моего, потому что более незаметное.

Я спокойно пила свой лимонад и наблюдала за этим товарищем, да и за другими посетителями.

Поднимать тревогу рано. Кеннет в плаще с капюшоном, закрывающим лицо, его друг наверняка одет так же. То есть своего заговорщика я смогу эвакуировать куда подальше неопознанным.

Вот только как бы тактичнее выяснить, закончили ли они там свои переговоры? Не стоит мужчинам выходить в общий зал. Браслеты муж оставил мне, значит, зайду за ними и заберу своего.

Главное, пусть договорят. Хотя мне кажется, чтобы сообщить нужные сведения, два часа болтать не нужно. Пяти минут хватит.

К тому же топотун, которого привел друг моего мужа, в последние две минуты как-то занервничал. Либо ждет кого-то еще и тот опаздывает, либо… хм. С улицы послышался какой-то подозрительный шум.

Если бы я не была одно большое ухо, то сквозь гудящий звуковой фон таверны ни за что не услышала бы этих шагов. Так идет отряд из нескольких ментов, которым велено не шуметь, чтобы не спугнуть.

Не теряя времени, я подбросила на ладони серебряную монету, которую вручил мне Кеннет, перед тем как идти на переговоры, а потом сделала вид, что неловко стукнулась локтем о столешницу, тихо охнула, и звонкий кружочек запрыгал по каменным половицам в тот угол, где еще больше напрягся подозрительный тип.

Взгляды всех посетителей поневоле следовали за монеткой, а там натыкались на соглядатая. И поскольку его напряжение стало еще заметнее, народ в таверне тоже зашевелился, начал оглядываться. Я уже хотела подлить масла в огонь, но меня опередил какой-то шустрила, засевший у пыльного окошка. Он первый сообразил выглянуть на улицу и хрипло каркнул, вскакивая:

— Ах ты гад! Гоблов навел! Облава!

Собственно, что и требовалось одной хитрой бабке. В общей бешеной суете, которую устроила местная шушера, я скользнула в комнату переговоров, словно мышка в норку, тихо махнув хвостом.

И меня ничуть не волновало, что соглядатай уже получил кулаком по морде.