На руинах Мальрока

Зачем? Все равно ведь там окажусь, рано или поздно. Лучше уж поздно…

На дне оврага нога подводит — спотыкаюсь, с криком падаю. Это конец — духи решили, что мне пора уходить к ним. Под руку попадает длинная палка с изломанным острым концом. Ударить врага не успею — он уже совсем рядом, заносит руку с камнем для последнего удара.

С отчаянным криком, не думая, просто от злости, тыкаю палкой в его сторону. Тот, налетев на нее с разбегу, позабыв про меня, роняет камень, начинает неистово орать, обхватив деревяшку руками. Конец ее ушел глубоко в волосатый живот.

Поднимаюсь. Резким безжалостным рывком вырываю палку из раны, вызвав новую порцию воплей. С интересом осматриваю удивительную находку. Особое внимание уделяю окровавленному острию.

Как же просто… всего лишь палка… Один удар, и…

А ведь острие можно подправить о камень или зубами, и тогда…

* * *Стоп! Это знание мне явно не нужно!"

"Похоже, файлы располагаются в хронологическом порядке, значит, начало можно смело пропускать. Мне совсем не обязательно знать, как пещерные люди убивали друг друга.

Открою один из тех, что почти в конце…

* * *Транспорт идет противолодочным зигзагом. Большое новое судно, одно из многих, построенных по единому проекту. Эсминцы отстали, утюжат океан глубинными бомбами, пытаясь достать субмарину Зиберта. Пусть боги помогут моему бывшему капитану и не станут помогать этому транспорту.

Так и есть — они на стороне Германии. Капитан «американца» думает, что может обмануть «Волчью стаю», повторяя раз за разом одну и ту же серию поворотов. И надеется на последний эсминец эскорта, что идет сейчас чуть впереди и левее.

Не поможет он тебе… даже корпусом своим прикрыть не успеет…

Вот он — долгожданный поворот. Сейчас транспорт подставит борт под мои торпеды…

* * *Опять не то!

Дальше!

Вернемся чуть назад, но подальше от пещерных времен…

* * *Это новое оружие тяжело и неудобно — я так к нему и не привык. После каждого выстрела приходится вскидывать его дулом кверху, иначе при повороте барабана механизм может заклинить.

Проклятые капсюли… неужто не могли придумать чего-нибудь другого.

* * *Дальше!

* * *Несчастные бродяги. Живут тем, что грабят и убивают одиноких путников на пустынной дороге в самом бедном районе провинции. Неудивительно, что они не выглядят сытыми. Я улыбаюсь им, показываю, что настроен миролюбиво. Я готов с ними поговорить, помочь добрым словом и советом, но им не нужно слова — им нужно все, что у меня есть.

А что может быть у странствующего монаха, кроме одежды и чаши для подаяний? Ну еще посох — крепкая палка в человеческий рост, с верхушкой, отшлифованной ладонями до блеска. Знающему человеку эта шлифовка скажет о многом, но бродяги к таким не относятся.

Бродяг трое. Я один. Они довольны — легкая добыча.