На руинах Мальрока

В итоге перебьем потенциальное пополнение; сами тоже ослабнем; и не факт, что успеем сделать запасы до зимы. Сейчас дело к осени идет — самое лучшее время для заготовок. К тому же он убьет Альру, а она очень полезный союзник. При всем том, что вы сказали, думаю, что поединок — лучший выход. Я сильнее этого дистрофика — не надо волноваться.

— Дан, я знаю, что вы неплохой воин, но даже у слабака есть шанс. Всякое бывает: подвернете ногу при атаке; неудачно отобьете глупейший по исполнению удар, которого от опытного бойца невозможно ожидать; меч сломается; из зрителей кто-то не удержится и выпустит стрелу.

— Вы считаете, что надо плюнуть на все вероятные плюсы и отказаться?

— Решать вам, но я против. Лучше уж обойтись горошиной, чем в надежде на арбуз потерять последнее маковое зернышко.

Понятная позиция: «Лучше синица в руке, чем журавль в небе»… Но меня-то не устраивает…

— И на Альру тоже плюнуть?!

— Да… придется, хоть и тяжко на такое решаться. Она сама туда пошла, а ведь мы возражали против этого. Сама сделала выбор.

— Она не для себя старалась — для всех.

— Лучше одним пожертвовать, чем… Дан, мне так же неприятно это говорить, как и вам слушать, но мы в ответе за своих людей. Вам нельзя рисковать. Вы слишком добры и к врагам, и к друзьям, а настоящий правитель должен иногда быть жестким, даже жестоким.

— Я поговорю с Дирбзом и Арисатом. Хорошо им мозги промою. Если что случится — они будут подчиняться вам без возражений.

— Опять вы о своем… вижу, все мои доводы до вас не доходят.

— Доходят. Разумом я понимаю, что вы, скорее всего, правы — нельзя сейчас мне рисковать. Слишком ситуация непростая… Но сами только что говорили, что не всегда умом живем — есть и предчувствия. Так вот, мое предчувствие заставляет согласиться на поединок.

— Это плохое предчувствие!

Эх, Конфидус, знал бы ты правду. Предчувствие и впрямь у меня есть, только плохое какое-то. Чую подвох в этом вызове, но не пойму, в чем он заключается. И не могу отказаться. Действительно дурак, но думаю сейчас не о людях, которые от меня зависят, а о самоуверенной до глупости девчонке, которая сейчас дожидается жестокой казни.

— Может, и плохое, но я так решил.

— Этот Торап расскажет нам про лагерь все, мы его окружим и всех схватим или перебьем, не рискуя вами.

— Во-первых, это означает крах всем надеждам на мир с межгорцами; во-вторых, мы и так знаем, где располагается лагерь. На Языческом холме. Это самый большой холм, севернее замка. У него плоская вершина, склоны почти везде голые и крутые — троп нормальных мало. Окружить его по лесу и садам, которые у подножия тянутся, не хватит сил, а выше незаметно этого не проделать. Да и следят за Мальроком — если увидят, что мы выводим все силы, то поднимут тревогу.