На пути к свадьбе

– Надеюсь, ему удастся выбраться из-под моего отца, – добавил лорд Хейзелби абсолютно спокойно, как будто смотрел чудовищно скучный забег на ипподроме. – Старик весит двадцать cтоунов[4], хотя и не хочет признаваться в этом.

Люси удивленно посмотрела на него. Ей не верилось, что человек может сохранять спокойствие, когда вокруг царит такой хаос. Даже премьер-министру пришлось отбиваться от довольно крупной пышнотелой дамы в затейливой шляпке с фруктами – эта дама колотила всех, кто попадался ей под руку.

– Вряд ли она что-то видит, – сказал Хейзелби, проследив за взглядом Люси. – Грозди винограда мешают.

Что же он за человек – тот, за кого она почти вышла замуж? Да, они уже произнесли что полагается, но их пока еще не объявили мужем и женой. Как бы то ни было, Хейзелби слишком уж спокойно реагирует на события этого утра.

– Почему вы ничего не сделали? – спросила Люси.

Он с любопытством воззрился на нее.

– Вы имеете в виду, пока ваш мистер Бриджертон признавался вам в любви?

«Нет, пока священник бубнил о святости брака», – захотелось съязвить Люси.

Но вместо этого она кивнула.

Хейзелби склонил голову набок.

– Вероятно, хотел узнать, как вы поступите.

Его ответ до глубины души потряс Люси.

– Между прочим, я польщен, – заявил Хейзелби. – И я стану для вас добрым мужем. Вам не надо беспокоиться на этот счет. Люси промолчала, потому что ее вниманием завладело то, что творилось вокруг. Лорда Давенпорта оттащили от Грегори, и какой-то незнакомый Люси господин крепко держал старика.

– Пожалуйста, – прошептала она, обращаясь к Грегори и понимая, что никто, даже Хейзелби, который отправился выручать премьер-министра, ее не слышит. – Пожалуйста, не надо.

Однако Грегори был неумолим. Его держали двое, один – по-дружески, а другой – враждебно, но ему удалось вырваться и добраться до ступеней. Подняв голову, он устремил на Люси горящий взгляд. В этом взгляде были и гнев, и непонимание, и даже боль, увидев которую Люси едва не отшатнулась.

– Почему? – требовательным тоном спросил он.

Люси затрясло. Может ли она лгать самой себе? Может ли? Здесь, в церкви, тем более после того, как она совершила невообразимое – на глазах у всех нанесла ему личное оскорбление?

– Почему?

– Потому что у меня не было другого выхода, – прошептала она.

В его глазах что-то промелькнуло. Разочарование? Нет. Надежда? Нет, ни то ни другое. Что-то еще. То, чего она не поняла.

Грегори хотел что-то сказать, спросить ее о чем-то, но в этот момент те двое снова подхватили его и вытолкали из церкви.

Прижав руки к груди, Люси ошеломленно наблюдала за ними.

– Как вы могли?"

"Люси обернулась. Гиацинта Сен-Клер стояла рядом с ней и буквально сверлила ее гневным взглядом.

– Вы не понимаете, – сказала Люси.