Проказник в изумрудах [Изумруды на завтрак]

– Хорошо, – сказала она, чуть помедлив, – меня зовут Камилла Гааль.

– О как! – процедила Лола. – Иностранка, значит.

– Отчего же, я русская, но в последнее время постоянно живу в Испании.

«Все врет!» – Лола толкнула Маркиза под столом ногой. Он чуть поморщился, но даже не взглянул в ее сторону.

«Все ясно, – мысленно вздохнула Лола, – теперь он будет меня игнорировать и всячески унижать перед этой испанской шваброй. А потом, когда мы останемся одни, без свидетелей, он вволю попляшет на моих косточках».

И Лола решила сменить тактику. Притвориться виноватой, кающейся грешницей, опускать глаза, пустить слезу и жалостливо молчать? Нет, пожалуй, это не подойдет, Ленька решит, что она придуривается, и еще больше разозлится.

Тогда, как только они вернутся домой, прямо с порога начинать каяться, громко стуча себя в грудь и говорить, какой Ленечка предусмотрительный, какой умный, что предупреждал ее, и какая она, Лола, глупая, что не вняла его предупреждениям?

Противно, унизительно, потом, для чего добровольно расписываться в собственной глупости? Этак Ленька сначала глупой назовет, потом – полной дурой, потом – законченной клинической идиоткой, а там и вообще договорится до такого, что и не повторить. Мужчинам только повод дай.

Лола прикидывала так и этак и решила пока молчать и слушать. И посмотреть, что будет дальше. Заодно понаблюдать со стороны за этой испанской аферисткой. Теперь-то Лола знает, что доверять ей ни в чем нельзя. И ничто не убедит ее в обратном.

Испанская аферистка в это время вынула из сумочки и показала Лене паспорт.

– Ну… – сказал он, внимательно изучив документ, – пока все верно. Так в чем же дело? Для чего вы выбрали такой сложный способ, чтобы познакомиться со мной?

«Ах вот в чем дело! – мысленно закричала Лола. – Оказывается, эта… эта драная испанская кошка все это задумала для того, чтобы добраться до Маркиза, единственного и неповторимого? А нас с Пу И просто использовала! А я-то…»

Один бог свидетель, каких усилий стоило Лоле немедленно не вскочить и не наброситься на Камиллу. Схватить со стола перечницу и насыпать ей в глаза перцу. Или соли.

Вместо этого пришлось слегка прикрыть глаза и притвориться слепой, глухой и вообще парализованной. И немой к тому же. Ей вспомнилась известная статуэтка – три обезьянки, одна из которых закрывает глаза, другая уши, а третья – рот.

И хоть бы Пу И поддержал в трудную минуту! Так нет же, сидит у Леньки на руках и поглядывает на акиту с несомненным интересом. Что ж, Лола выдержит, ведь она – актриса, причем хорошая, в свое время это многие признавали.