Принцесса на замену

 – Споры ведутся постоянно, но большинство сходится на том, что, если давить подобные кризисы искусственно, мы получим не полноценного члена альянса, а угрозу для всей галактики. Считайте недоведение до всеобщей войны вступительным экзаменом в альянс. И если ни у кого больше нет вопросов относительно дгнарнов, я все-таки познакомлю мисс Виккерс с краткой историей покорения космоса. Тем более что осталось у нас всего двадцать минут.

На экране появились краткие тезисы, каждый из них Фортем объяснял, опуская точные даты, но давая исчерпывающую информацию о ходе развития. В основном, конечно, лекция касалась Террестриса. Первый выход на орбиту, первые станции, спутники – почти все, как у Земли. Первая колония, первые рейсы в другие системы, знакомство с Денебом и основание альянса. На моменте начала освоения дальних систем по аудитории пронесся негромкий мелодичный сигнал.

– Что ж, продолжим через несколько дней, всем спасибо. Напоминаю про завтрашнее мероприятие и очень надеюсь, что после него вы сможете хотя бы стоять.

Народ с шумом и гомоном потянулся к выходу. На меня почти никто не обращал внимания, только Тамир схватил за руку и потащил прочь из аудитории с явным намерением поболтать. Но его остановил голос Фортема:

– Мисс Виккерс, поскольку у господина Ортеса еще несколько занятий, я просто обязан оставить вас для приватного разговора. Дабы уберечь юношу от необдуманного прогула.

Мне было страшно оставаться наедине с Фортемом после прослушанной лекции, но спорить было бессмысленно. Я ни разу не смотрела на лорда с другой стороны. Он всегда был врагом – человеком из сытого и обеспеченного мира, который втянул меня в опасную игру. Но что он пережил до знакомства с императором? Вполне возможно, что-то очень похожее на мою жизнь.

Подниматься к моему креслу Фортем не стал, так что мне пришлось спуститься к кафедре. Мужчина вышел из-за нее, подошел ближе и вдруг подхватил меня на руки! А потом усадил прямо на стол, изрядно перепугав.

– Так, – пробормотал он, – и ножки во-о-от сюда!

Я сидела, вытянув ноги, на столе и недоумевала, пока он усаживался на свое место.

– Ну, вы же нацепили это платье, чтобы показать всем ноги. Вот я смотрю. На старости лет хоть полюбуюсь.

Все. Сочувствие к лорду-ксенофилу исчезло окончательно.

– Завтра праздник, и я прямо жажду с тобой поговорить о поведении на нем.

– Не волнуйтесь, если хотя бы половина приглашенных проявит ваши заботу и учтивость, я буду спокойна.

– Будут журналисты. Министры. Представители крупных систем. Видные деятели науки, искусства, – невозмутимо продолжил он. – Все внимание будет приковано к тебе, ни одна живая душа пока что не знает о том, что есть еще принцесса. Половину перекосит от злости, вторую – от удивления.