Принцесса на замену

Даже на голограмме было видно, что платье добавило мне лет десять и изрядно испортило фигуру.

– И последнее, – прокомментировала Мирна.

Последним шло темно-синее платье с широким ремнем. Само платье было совершенно обычным, с пышной длинной юбкой, свободно ниспадающей прямо от талии. Но к нему шел совершенно потрясающий аксессуар, на Земле мне не встречавшийся. К большим серьгам-кольцам были прикреплены хрустальные цепочки, они были заведены назад и красиво вплетались в сложную прическу. Камни в украшении поблескивали, и внешне обычное платье смотрелось торжественно.

– Неплохо? – неуверенно спросила я.

– Неплохо, – согласился Тамир. – Но и только. А то – шикарное.

– Шикарное. Но не мое. Мирна, закажи это, мне нравится.

Голограмма пропала, и система снова впустила в апартаменты дневной свет.

– Поля, ты себя недооцениваешь. Платье очень красивое, и тебе нужно его взять.

– Я выбрала платье. И выбором довольна.

– Вредное высочество. Подумай о нем, Паулина. Пообещай, что подумаешь.

– Подумаю, – тут же согласилась я, просто потому, что с такими, как Тамир, проще было согласиться и молча сделать по-своему.

– Ну, чем займемся? – спросила Мирна.

Она явно подобрела и уже не смотрела на Тамира волком.

– Предложил бы прогуляться, да клятвенно обещал нашему наставнику не таскать принцессу по полям и лесам. Поэтому идей никаких.

– Фортем говорил с тобой о нашей вылазке? А мне только намеками. Я думала, он не может доказать, что я выходила.

– Да все он может, но ему эти доказательства не нужны. – Тамир поморщился. – Просто понимаешь, ты вольна творить все, что угодно, – он не может тебя толком наказать, не те полномочия. Император тоже не станет любимую сестренку сильно наказывать. Ну и Фортем бесится.

– Не так уж безосновательно, – флегматично подметила Мирна.

А я промолчала, что меня-то наказать он как раз может, и очень хорошо. Зато будь на моем месте Сашка, лорд-ксенофил бы повесился. Вот уж у кого энергии было не занимать, так у настоящей принцессы. Я по сравнению с ней образец спокойствия и рациональности.

Пока пили чай, я рассказала об увиденном в музее. Тамир, к моему удивлению, согласился с Люком:

– Это нормально, обычная ошибка системы. Всем занимаются роботы, но программы для них пишем мы. А мы – мешочки с мясом и эмоциями. Не думаю, что кто-то намеренно хотел показать вам эту сцену, хотя кто знает, вдруг среди сотрудников музея попался ярый ненавистник императорской семьи. Всякое бывает. Кстати о ненавистниках. Говорят, Поля, ты завтра присоединишься к нам на занятиях.

– Да, Люк что-то такое упоминал. Вся эта информация не укладывается в голове. Ночью чип впихивал в меня законы, и, кажется, они все в голове перепутались. Не надо было так ею трясти.