Приговор на брудершафт

Воронов попрощался и поехал в школу. По пути он попытался просчитать риски, которые может принести предстоящая встреча, и решил, что ничем особенно не рискует.

«Если меня задержат в общежитии, я скажу, что познакомился с Осокиной на улице, она предложила встретиться в уединенной обстановке. Я согласился. Почему бы мне не познакомиться поближе с хорошенькой женщиной? Ах, у нее муж есть? Не знал. Мои сочувствия ему».

На ужин Воронов не успел. Заботливый Рогов принес из столовой яйца, хлеб, масло. Вскипятив чай, Виктор подкрепился, стал обдумывать дальнейший план действий.

– Ты во сколько думаешь прийти? – спросил Рогов. – Завтра в школе дискотека. Можем познакомиться с кем-нибудь.

– Рад бы развеяться, да не могу! Завтра у меня важная встреча.

– Ворон, ты скоро чокнешься с этим Делом! Сожги его и забудь.

– Не могу. Оно засосало меня, как трясина, как жернова. Пока я не размотаю этот клубок, не успокоюсь.

По субботам, после занятий, в школе была генеральная уборка. Курс Воронова отмывал четвертый этаж учебного корпуса и лестничный пролет до первого этажа. Виктор хотел в эту субботу увильнуть от мытья полов, но не удалось. Оттирая ступеньки, он считал минуты до окончания уборки. Наконец Трушин скомандовал: «Готово! Можете расходиться». Воронов рванул в общежитие. За пару минут он переоделся в гражданскую одежду, сунул удостоверение в карман и призадумался: «А стоит ли его брать? Осокина считает, что я из КГБ. Если она задумает провокацию, то ее сообщники обыщут меня и не поймут, кто я такой на самом деле. Пока они будут строить предположения, я приглашу их прогуляться до управления КГБ и там установить мою личность. Ни один псих в КГБ не пойдет. Отсюда вывод – удостоверение надо оставить».

Всю дорогу до места встречи Воронов ощущал себя «раздетым», настолько он привык иметь удостоверение под рукой. Только у крыльца девятиэтажного панельного общежития он заставил себя забыть о пустом кармане.

Осокина встретила гостя одетая в домашний халат. Неформальный характер встречи должны были подчеркнуть распущенные волосы и минимум косметики. Комната гостиничного типа, в которой они встретились, была небольшой. В ней поместились только диван, шкаф, стол у окна и холодильник в углу. С первого взгляда Воронов не смог определить, чем занимается хозяйка комнаты и на какое время она покинула жилище. Осокина в комнате подруги вела себя уверенно. Она вскипятила чай, разлила его по чашкам, выставила на стол вазочку с печеньем.

Виктор, чтобы сразу перейти к делу, стал задавать интересующие его вопросы, и вскоре беседа превратилась в допрос.

– Катя Дерябина всегда была симпатичной девушкой, – начала Осокина.