Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

Но, сука, когда всё пошло не так? Когда наш с Евгенией идеальный план дал трещину? Прохорова продумала всё до мелочей. Сделала всё сама. Без свидетелей. Откуда просочилась информация? Знали только я, она и мать с отцом.

Какой бы доброй мама не была к Лизе, она бы не подставила меня и дочь своей лучшей подруги.

Нахожу сигареты и зажигалку. Бросаю на стол. Руки, блять, дрожат. Наверное, лучше дома выяснять, откуда ноги растут. Здесь не место и не время.

Сдерживать в себе нарастающую снежным комом агрессию становится всё труднее и труднее. Нужно дать ей выход. Выплеснуть на грушу. Желательно в домашнем спортзале. Затем вытащить из Малышевой всю известную ей информацию.

Не скажет сама, пожалеет. Такой уж я сукин сын.

Мои яйца зажимать в кулак имела право только Мария. И то, когда я сам позволял.

Все, мать вашу!

Достало меня всё!

Растерев пальцами переносицу, выдыхаю.

Допиваю свой алкоголь.

— Что ты имела ввиду, называя МОЕГО сына «нашим»? — перехожу на «ты» и одновременно щурюсь, не скрывая своего недоверия.

— Вы прекрасно знаете, что я имела ввиду.

Девушка складывает приборы на тарелке, давая понять, что закончила с ужином.

— Послушай, Лиза. Я не намерен сейчас разводить демагогию или играть с тобой в чёрный ящик. Выкладывай, откуда у тебя такая информация? С чего ты взяла, что это правда? По закону суррогатная мать…

— Прекратите, Руслан, — нервничая, прерывает меня. — Вы нарушили этот закон. И должны ответить.

Сцепив зубы, встаю. Подхватываю наши пальто, сигареты с мобильным и портмоне.

Впиваюсь пальцами в мышцы над её локтем, вынуждаю подняться из-за стола.

Она шипит. Ей больно. А я слишком зол, чтобы смягчаться. Мне откровенно похуй.

— Куда мы идём? — спрашивает, напуганная до дрожи.

— Ко мне домой, — бросаю коротко.

— А как же квартира, которую вы для меня сняли? У меня маленькая дочь. Завтра утром я должна вернуться к ней.

— Она временно поживет у твоих родителей. До этого же жила? — вперив в неё убийственный взгляд, веду на выход.

— Я к вам не поеду, — протестует дрожащим голосом.

Останавливаюсь у кассы. Всем своим напряженным видом даю понять — шутки кончились!

— А у тебя нет выбора, Малышева, — склонившись к её виску, негромко осведомляю. — Я не люблю шантаж. Я категорически его не приемлю. И если тебе дорога твоя дочь, делай, что я скажу. Поздно метаться после того, когда бросила мне вызов. Я его принял и пойду до конца…

Глава 8

Руслан

— Доброе утро, Руслан, — увидев меня в дверях, домработница приступает варить кофе."

"— Доброе, Ольга Павловна, — отвечаю, подходя к шкафчику, где нахожу панадол.

— На тебя посмотреть, так и не скажешь, что оно доброе.

— Дан у себя? — закидываюсь таблеткой.

После вчерашнего ужина долго не мог уснуть.