Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

— Что там есть? — непонимающе хлопаю ресницами. Он открывает дверцу багажника, и я застываю с открытым ртом.

Так вот откуда в салоне стойкий цветочный аромат…

Передо мной необъятная корзина из красных роз. Между бархатными бутонами торчит открытка. С мучительным предвкушением вытаскиваю её. Провожу дрожащими пальцами по золотистому тиснению «Миддлемист». В горле пересыхает. Неужели от него?

— Обалдеть… — сипло выталкиваю, раскрывая послание и пробегая взглядом по уже знакомому выверенному почерку:

«От самого преданного фаната. Люблю тебя. Твой Р.»

Перечитываю раз десять не меньше и улыбаюсь как дурочка.

А я? Что могу подарить ему я? Уютный ужин? Горячую ванну с расслабляющим эффектом?

Руслан вторые сутки не спит, ему нужно отключиться и как следует отдохнуть.

Как же я справлюсь одна, без Томы? Впереди столько дел, голова кругом.

— Дан, а ужин? — перевожу на Галецкого растерянный взгляд. — В котором часу Руслан рассчитывает вернуться домой?

— Не волнуйся, Маш. У Павловны всё под контролем. Тут главное, чтобы её инфаркт не прихватил, когда тебя увидит живую.

— Она не знает, что я… того… — запинаюсь, подбирая при папе слова.

— Воскресла? — лыбится Данила, закрывая багажник. — Знает. Но ты же понимаешь? Знать — одно. А убедиться воочию — это совсем другое. Возьмёт, да и ляпнет: «Изыде…»

— Да ну тебя! — хохочем вместе. — А родители Руса?

— Пока не в курсе. Руслан хочет их подготовить. Скорее всего завтра пригласит их на ужин. Разве он тебе не говорил?

— Эту тему мы не затрагивали. Не успели всё обсудить.

— Ясно, — Дан отводит глаза, а я снова краснею, понимая, о чём он думает. — Иди, прощайся и будем выдвигаться. Через пару часов Исай должен вернуться. Выходной всё-таки. Отдохнём с шашлычком в мангальной. Столько поводов появилось. Грех не расслабиться и не выпить.

* * *С Георгием прощаюсь, не скрывая слёз. Не могу поверить в то, что мы станем реже видеться. Этот мужчина с добрым и огромным сердцем был для меня всем: поддержкой, опорой, спокойствием, моим ангелом хранителем, одним из самых важных людей. Мы настолько сроднились, что покидая этот дом, я часть души отрываю и оставляю ему."

"— Гер… — обнимаю и плачу. — Я и подумать не могла, что всё так обернётся… Прости…

— Тебе нужна семья, Машенька. Ты сделала правильный выбор, — заверяет он, прижав мою голову к своему плечу. — Не стоит переживать из-за меня. Завтра я улетаю в Германию по делам. Позже увидимся. Я тебя наберу. Будь счастлива, девочка. Ты заслуживаешь этого, как никто другой.

— Спасибо тебе за всё, — поднимаю голову и ловлю его тоскливый взгляд, как раз в тот момент, когда губы Георгия расплываются в радушной улыбке. Эмоции, которые он излучает, вызывают сумбур в мыслях и раздрай в душе.