Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

 — Сделай вид, что я для тебя по-прежнему мертва! — дёрнувшись, добивается лишь того, что я крепче вжимаю её в себя.

— Много просишь, Маша, — музыка начинает звучать более ярко на более громкой динамике. Ускоряю движения на сильных долях тактов, рассекая с ней в пространстве между танцующими и зрителями. Маша довольно неплохо справляется, и я вхожу в азарт. — Милая, я не могу тебя отпустить.

— Руслан, пожалуйста, — умоляет она. — Мне душно. Я сейчас умру.

В ответ отрицательно качаю головой.

— Тебе не привыкать. Справедливости ради надо отметить, что для ходячего трупа, ты выглядишь сногсшибательно.

— Прекрати так говорить!

— Неужели живая? — с наигранным удивлением переспрашиваю я, дабы раззадорить жену ещё больше. — Нужно тебя окропить святой водой. Изгнать демонов из прекрасного тела. Ах, да! Я заценил чулки. Гера, походу, тоже в восторге. Как и многие другие в этом зале, желающие тебя трахнуть. Для кого ты их надела?

— Боже, ты и вправду сумасшедший, — обтекая, Маша закатывает глаза.

— Как и ты, — хмыкаю я. — Но хоронить себя заживо я не пробовал.

— Дьяволу это не нужно.

— А ведьме это зачем? — отбиваю её выпад, беря курс к запасному выходу из зала.

— Ты псих!

— Сучка!

— Что??? — возмущённо открыв рот, Маша сбивается с ритма.

Впиваюсь пальцами между тонких ребер. Давлю на неё взглядом. Да так, чтобы дышать не смела.

— Что слышала, — рублю.

— Рус, пожалуйста, мне плохо. Я не могу танцевать. У меня кружится голова. Я испорчу твои туфли, — наступив мне на носок, спотыкается. Подхватываю её за талию и, приподняв над полом, выношу из зала в коридор."

"— К херам туфли, Маша! — рычу, как только захлопывается дверь, отрезая нас от шума и любопытных глаз. Жену впечатываю собой в обивку, блокируя выход. Пискнув, Мария прекращает трепыхаться и мелко начинает дрожать. Кожа покрывается мурашками. В тусклом освещении взгляд её горит, как у напуганной кошки.

— Зачем? — сипит она. Легкие, не справляясь с нагрузкой, натужно вентилируют кислород. Пышная грудь ходуном ходит. Лиф платья едва не трещит по швам. У самого дыхание безумно частит. Сбивается. В висках рубит пульс. — Зачем ты столько потратил? Ты рехнулся, Руслан?

* * *— Зачем??? Тебя это волнует? — округляю от удивления глаза, заключая её в ловушку из рук. — Серьёзно, Маша? В данный момент ты думаешь о моих деньгах? После всего, что натворила? Объясни, блять, зачем? Какая, нахрен, разница, сколько я потратил и для чего? Хотя, это же очевидно. Я купил танец с тобой. Потому что не хотел, чтобы к моей жене прикасались чужие руки! Я, блять, ревновал!

Замолчав, шумно выталкиваю из легких воздух и стискиваю зубы до скрежета. Прислушиваюсь к перестройке в груди. Всё внутри ходуном ходит и гремит. Ребра крошит при каждом вдохе-выдохе.