Право на любовь

Из старого состава никого не осталось, Сергей. А эти ребята прибыли недавно. Как раз когда все началось. У них оружие, ресурсы. Поделятся. И если хорошо попросить – Призрака отдадут тебе. Здесь я, пожалуй, тоже смогу помочь.

– Я не буду больше пить, – говорю ему. – Спортзал там же? Туда мне можно? – смотрю исподлобья на старого генерала.

– Можно, – кивает он. – Только не загони себя. Иначе какой толк от измученной в хлам боевой единицы?

– Постараюсь! – хлопнув дверью гораздо сильнее положенного, побежал в спортивный зал.

Я влетел в него со скоростью пули и врезался кулаками в грушу, подвешенную под потолком. Ночь. Здесь никого сейчас и это хорошо. Сорвав с себя футболку, с диким рвущимся из меня отчаянием удар за ударом я выплескиваю его наружу. Снаряд отлетает в сторону, движется обратно, удар, и он вновь отлетает. Ногами, руками, головой я бьюсь в молчаливой истерике, сбрасывая пар."

"– Ничего! – тяжело дыша, опускаюсь на колени. С волос на лицо течет пот. Он щиплет глаза, по носу стекает, капает на маты. – Если вот так нужно заслужить свое право на любовь, я сделаю это. Выгрызу себе кусок счастья из этого дерьма. Я заберу ее у них. Она будет жить! Больше никто не погибнет из-за меня!

– Вот и славно, – вновь за спиной Астахов.

Я даже не слышал, когда он пришел.

– А теперь в душ, – ладонь старика сжала влажное, липкое от пота плечо. – И спать. Отряд вернулся. Утром будем составлять план дальнейших действий. Иди, мой мальчик. Тебе нужно отдохнуть.

Глава 21. Сергей

– Договорились, – проведя длительное совещание при закрытых дверях, мы пришли к решениям, устроившим всех.

Я иду, как проводник, буду делать то, что хорошо умею – искать. Мои парни по своим спецухам. Призрак мой.

Пожав друг другу руки, разошлись на поздний завтрак, далее у нас общий сбор и подготовка к первой вылазке. Местный майор, которого всего год как прислали сюда

руководить, оказался нормальным мужиком. Зовут его Влад, чуть моложе меня, со своими принципами и умеренными амбициями. Я уж не знаю, что наговорил ему про меня Астахов, но ни грамма сочувствия в глазах я не увидел, лишь уважение и понимание. За это ему отдельный респект.

Алекс категорически отказался от местного оружия. Он достал из багажника любимую снайперку и сказал, что своей девочке не изменяет ни с кем. Демонстративно чмокнул холодный ствол и ушел приводить боевую подругу в порядок.

Я показывал парням маршрут, по которому нам предстоит двигаться. Рассказывал о возможных препятствиях, обрывах и укрытиях. На меня странно смотрели, но впитывали понимая, что жизнь каждого из них зависит от того, что они сейчас услышат.

– Эти дороги знаем не только мы, – поясняю, подводя итоги. – Вот здесь, здесь, здесь и даже здесь, – тычу ручкой в рельеф местности.