На поводу у сердца

Пытаясь усмирить нервную дрожь во всём теле, одними губами шепчу я и через пару десятков повторов этой успокоительной мантры вроде бы даже верить в неё немного начинаю. Жаль лишь, что совсем ненадолго.

— Нет, я сказал, нам это не подходит. Ищи другие варианты, — его низкий голос прошибает меня до костей одновременно и жаром, и ознобом. Разговаривая с кем-то по телефону, Харт закрывает за собой дверь и, не бросив на меня даже мимолётного взгляда, уверенно и абсолютно спокойно направляется к своему рабочему месту, пока во мне разгорается настоящая битва между сознанием и телом, что мгновенно реагирует на его присутствие: с первым же вдохом знакомого аромата мужского парфюма мои лёгкие обжигает огнём, а сердце резво подлетает к горлу и, ускоряя свой ритм, наполняет все вены сладким, жарким томлением.

Чёртово тело предаёт меня, даже несмотря на всю боль, ненависть и злобу, что на протяжении последних недель захлёстывали меня с головой каждый раз, когда Адам напоминал о себе не только в реальной жизни, но и в моих кратковременных галлюцинациях.

Но даже не это самое страшное и неподвластное моему контролю, а то, что я смотрю на его статную мужественную фигуру, до невозможности красивое лицо и вечно безукоризненный образ успешного бизнесмена и мечтаю треснуть себе по голове кочергой, да как можно сильнее, чтобы разом отключить всепоглощающий трепет и чёткое ощущение тоски, прорывающей своими острыми когтями мне всю душу насквозь.

Не скучала по чёрным горящим глазам, что так легко и изящно обманули меня. Не скучала по смоляным волосам, мягкость которых мои пальцы до сих пор прекрасно помнят. Не скучала по губам, способным как усыпать всё тело нежными поцелуями, так и покрыть его болезненными метками. И по запаху его пьянящему, которым пропахла в тот вечер настолько, что стереть с себя смогу, скорее всего, лишь содрав верхний слой кожи, я тоже ни капли не скучала.

— Надеюсь, ты всё понял. Позвони, как только проверишь их материалы, — строго чеканит Харт. Сбрасывает вызов и, словно только сейчас вспоминая о моём присутствии, наконец обращает на меня свой равнодушный взгляд. — У тебя пятнадцать минут, Джеймс, так что советую не терять времени и сразу переходить к делу. Зачем ты пришла? — спрашивает сволочь бесцветно-ровным голосом, будто вовсе не он сделал всё возможное, чтобы я здесь оказалась с настойчивым желанием плясать под его дудку.

Именно такие клятвы я дала себе и по дороге в его офис раз за разом повторяла. Я должна сыграть по его правилам и сказать всё то, что он так жаждет услышать. Должна, невзирая на сотрясающую меня боль, ненависть и съедающее чувство унижения. Должна, иначе не смогу спасти любимого мне человека.