Хаос на пороге

Если бы он мог, как гвардейцы, пройтись по сектору, вырезая всё, что угрожающе пошевелилось, ему бы тоже воины Марева были не нужны.

— Буэ-э-э! Гадость какая! — на втором зачищенном секторе Маа-Тар долго стоял над вонючими лужами, оставшимися после гибели неживых бойцов, а потом выдал заключение: — Блевотина какая-то!

— Блевотина, — поправил его Фолик.

— Иди в анус, умник! — Маа-Тар как раз активно осваивал русский, особенно его ругательную часть.

Видимо, мечтал хотя бы словесно пройтись по Эрину и его умственным способностям. Но вот с ударениями у краснокожего была просто беда…

— Умник! — не меняясь в лице, поправил Фолик, а затем остановился рядом с лужей, поморщился и покачал головой. — Никогда не поверю, что стоит ожидать чего-то хорошего от тех, после чьей смерти остаётся лужица жидкой каки!

— Дерьма! — поправил его Маа-тар.

— Это одно и то же, — не согласился Фолик.

— А вот тут я не согласен с тобой, мой друг! — заявил Маа-тар. — Только такой рохля, как ты, может считать, что в одном языке на одно явление случайно может быть больше одного слова!..

— Тебе виднее! — не стал спорить Фолик."

"А потом был третий сектор, а затем четвёртый… И гвардейцы Эйрикса стали относиться к воинам Марева значительно лояльнее. А всё потому, что сопротивление в последнем секторе было такое, что мало не показалось никому. Хранитель — здоровенная бронированная туша, окружённая таким же бронированным выводком, раз двадцать растоптал бессмертных врагов, прежде чем людям удалось справиться с армией, которую он собрал.

Не будь у Игоря такой страховки, как воины Марева — и встречать несколько десятков тонн злобы и брони пришлось бы тем, у кого второй попытки не будет. Тем не менее, до вечера общими усилиями удалось очистить четырнадцать секторов. И это несколько компенсировало потери второго дня.

Но Игорь понимал: каждый раз устраивать такие марафоны не получится. К тому же, впереди хватало локаций, которые ещё надо было выявить и вовремя обойти. А за четыре очищенных сектора его отряд расплачивался тем, что лагерь ставили в сумерках, когда с неба уже падал снег, а вдали виднелись надвигающиеся языки тумана.

Конечно, люди рисковали, но, к счастью, успели и ямы под землянки выкопать, и какую-никакую ограду поставить. И самое главное — второпях знаки Порядка на деревьях вырубить.

Однако ночь всё равно выдалась тревожной. Трижды на лагерь выходили группы порождений, а потом ещё почти час вокруг ходило что-то большое и злое. Разглядеть гостя не получилось ни у кого из ночных сторожей, но утром все делились впечатлениями. И выяснилось, что жутью веяло из ночной тьмы так, что люди боялись лишний раз моргнуть.