Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

И атаман глухо заговорил снова, внушительно цедя слова:

— Не поймали мы никакого Лазо! Не споймали, и точка! Не было его здесь! И не трепитесь. А то все под трибунал за эту сволочь пойдем. И не стойте столбами, тащите его в топку!

Кова

— Кажись, настигли, вашбродь. — Голос старика дрожал от радости. — Как раз на «Чертовом кладбище» и настигли. Тимоха Волоков их сюда привел, как и удумал, стервец.

— А чего утром-то двинулись? В тумане?

— Так не видно его. А при свете ни один человек в здравом уме не пойдет, жуткое оно. Видишь, даже гнуса здесь почти нет…

Впереди грохнул выстрел, раздались отчаянные крики, приглушенные туманом. Коршунов сделал знак рукою, и вперед осторожно пошли местные мужики с винтовками, бесшумно и плавно ступая.

Настоящие таежники!Впрочем, и егеря с «хлыстами» пошли вперед не хуже, если не лучше, с отточенной кошачьей грацией, со скупыми жестами отборных воинов, прошедших десятки кровопролитных боев и схваток. Такие же таежные жители, староверы.Мучительно тянулось время, туман потихоньку расползался, прячась в расщелинах. Светало.— Вашбродь, — из-за кустов неожиданно вынырнул егерь, в лице ни кровинки. — Там такое…

— Пошли, — решительно шагнул вперед Коршунов, бесцельное стояние на месте его утомило, в груди росло раздражение, смывая страх перед неизвестной опасностью.

Две сотни шагов по «стежке» он прошел на одном дыхании — на этой тропе действительно не росли деревья, что его удивляло. Недаром старик говорил, что такая «удобная» дорога скот приманивала к проклятому месту, ведь известно, что благими намерениями вымощена дорога в ад. Так и тут, только по земле…

— Твою мать!

— Спаси и сохрани!

— Бог ты мой!

— Иптыть твою налево!

Потрясение было слишком велико, и есаул едва смог выругаться, кое-как протолкнув хульные слова в глотке. Стоящие рядом с ним казаки то экспрессивно выражались, то крестились, а вот староверы-егеря молились, поминая иной раз нечистого.

Тайга раздвинулась, открыв огромную поляну, не менее ста шагов в поперечнике. От нее шел еле видимый глазу пар, и покрыта она была то ли ржавчиной, то ли рыжим каменным мхом. И все — ни травинки, ни кустика, только везде набросаны костяки животин разных, да прямо посередке вытянулась от края до края зловещая цепочка из человеческих тел и павших лошадей. Никто из заведенных на «Чертово кладбище» не шевелился, все лежали неподвижно, убитые незнамо чем.

— Спаси и сохрани, Господи, — тихо прошептал есаул, непроизвольно шагнул назад, подальше от опасности, и медленно оглянулся.

Стоящие кругом лиственницы были мертвы — ни хвоинки, черные, кора отвалилась целыми пластами. А вот отойди десяток шагов, и высились вполне нормальные деревья, будто и не было рядом этого бледно-кровавого марева.