Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

 — Надо распорядиться, чтобы за ним немедленно послали, хрен с этим автомобилем, без него починят!

Сопровождавшая военного министра масса народа также остановилась — люди бросали недоуменные взгляды, не в силах понять причину столь внезапной остановки. Арчегов же смотрел не отрываясь на стоящий перед обрывом с краю домик, около которого росло уродливое дерево."

"«Нет, у меня определенно дежавю! Где-то я видел сию мазанку в три окна да этот древесный трезубец, что на бандеровский смахивает. Вернее, герб нынешней „незалежной“ Украины, что в свою очередь с древней тамги Рюрика позаимствован. Но где я видел эту чинару? В Афгане? Нет, совсем недавно! В Нижнеудинске?! Тьфу ты — такого просто быть не может?! Нина мне в поезде фотографию Гришкиного отца показывала — там и этот домишко был. Как в фильме — „вон мужик в пиджаке. А вон оно — дерево“. Надо же, стоило о нем подумать — и фарт попер».

Недолго думая, Константин быстро пошел к дому, краем глаза поймав удивленно-растерянный взгляд адмирала. У покосившейся калитки остановился, высмотрев в догоняющих станичного атамана. И спросил резко:

— Кто хозяин?

— Младший урядник Ярошенко. Павло, Павел то есть, — быстро поправился матерый казачина с вислыми седоватыми усами, с капельками пота на лбу. Мозолистая лапа крепко сжимала атаманский пернач.

— Миколаевич. Срока службы 1890 года…

— Ну и память у тебя, господин атаман.

— Так мы вместях служили, а свий срок я помню!

— И как он?

— Угасает козаче. В Маньчжурии рокив двадцать назад быв, а жинка родами вмерла. Старшого Миколу германцы вбили, а молодшего Грицу в январе, на Маныче. Женить не успел. Так и угасает, соседи приглядывают, да моя внучатая племяшка к нему бегает!

Атаман с неприкрытым упреком посмотрел на Науменко. Генерал побелел и сделал шаг вперед.

— Мы бросили все, что было под рукою, — юнкеров, кадетов, казаков приготовительного разряда. Наше будущее… Но нужно было спасать Кубань…

— Я знаю, — только и сказал в ответ Арчегов и открыл калитку. Маленькая собачонка тявкнула разок, но узрев, какая толпа стала вваливаться во двор, поджала хвост и юркнула за плетень.

Константин открыл дверь, миновал просторные сени с кухней и печью и зашел в горницу с дощатым полом. Словно нежилым шибануло сразу.

— Здорово ночевали…

Поприветствовал хозяина и осекся, поняв, что привычного ответа не будет. Изможденный, седой как лунь казак сидел на кровати, безучастно положив руки на колени. Рядом стояла девчушка, держа в руках полную чашу.

— Снидай, тятю…

Увидев генерала, она тут же отошла в сторону, а в глазах казака, белесых, на миг сверкнула искра.