Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

Они у вас самые боеспособные и укомплектованные, в каждой по 10 тысяч штыков и по паре тысяч сабель. Страшная сила, при грамотном подходе.

— Вы хорошо проинформированы, господин генерал.

— Работа такая, Лев Давыдович, как и у вас. И думаю, вы еще больше сможете усилить армии Тухачевского и Егорова, если быстрее очистите низовья Волги и Дон…

— Царицын не просите, не отдадим!

— Я и не прошу. Сейчас не прошу. Но вот когда вы выйдите на Вислу… Понимаю, в чем затруднения. Да, кстати, вы уже определились с кандидатурой донского атамана?

— Генерал Петр Краснов вас устроит?

— Вполне, — после долгой паузы, словно оценивая и размышляя, Арчегов ответил любимым словом Троцкого. А сам обрадовался тому, что правильно рассчитал ходы, и большевики выбрали нужный ему вариант. Но лицо не осветилось радостью, наоборот, нахмурилось.

— Краснов ненавистник Деникина, а вы, дав гарантии по поводу Сибирской армии, не желаете давать их по отношению к «Вооруженным силам юга России», Константин Иванович!

— Вам нужна нефть, Лев Давыдович?

Арчегов спросил резко, пристально посмотрев на собеседника. Вернее, подельника, настолько мерзко он себя чувствовал внутри, словно в дерьмо с головой влез, по самые уши.

— Без нефти вести войну с поляками будет трудно. Вы решили отдать Грозненские промыслы?

Вопрос прозвучал с издевкой, и Константин ее сразу уловил. Но не отреагировал в том же духе, адекватно ситуации, а как бы задумчиво произнес, внимательно посмотрев в глаза Троцкого и выделяя интонацией каждое слово в отдельности:

— Грозненские промыслы не смогут полностью обеспечить наши потребности. И тем более ваши. Но кое-что мы дадим вам немедленно. И еще — нефть вы получите уже в июле в требуемом для вас количестве! Любом, даже немыслимом. Это и будет нашей гарантией, что войска Деникина не ударят вас в спину. Надеюсь, вы меня правильно поняли?"

"— Я вас понял, Константин Иванович, — тихо отозвался Троцкий после долгой паузы, а стекла очков победно сверкнули.

— Тяжело нападать на спину врага, когда сам стоишь к нему спиной и далеко. Ведь так, господин генерал?!

Порт Байкал

— Вы осознаете, Николай Георгиевич, что вы совершили?

Контр-адмирал Смирнов уставился тяжелым взглядом в побледневшее лицо командующего Байкальской флотилией. Капитан первого ранга Фомин не дрогнул, смотрел прямо, ноздри раздувались от сдерживаемого гнева.

Он прочитал радиограммы военного министра, благо шифровальщики под рукой были, и понял все. Все несуразности минувших дней перестали мелькать перед глазами и сложились в понятную мозаику.