Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

А вот треть можно — и государству польза будет великая. Инородцев станет меньше, а казаков, опоры державы, больше. Вон оно как, есаул. И ешь давай, дневать вряд ли придется, впрок наедайся.

Красноярск

— Вы хотели знать, государь, вот я и рассказал. Ничего хорошего, как вы поняли, Россию не ждет, — Ермаков решительно потушил папиросу о пустую тарелку, так как пепельница была забита окурками под завязку. На протяжении почти часового рассказа все четверо дымили, как маневровые паровозы, не переставая.

Да и настроение было соответствующее — Михаил Александрович прямо почернел лицом, желваки перекатывались под кожей. Фомин, наоборот, демонстрировал нарочитое спокойствие. Вот только пальцы стали дрожать с дымящейся папиросой, когда узнал, что сможет сотворить атомная бомба. А когда монолог Ермакова затронул «процветание» новой «демократической» России, генерал стал тихо шевелить губами, изрекая непарламентские выражения. А вот с лица Шмайсера не сходила странная улыбка — пальцы его рук постоянно сгибались и разжимались, будто немец кого-то несколько раз придушил самым вульгарным образом. Не нужно быть пророком, чтобы понять очевидное — правителям России, и коммунистам, и демократам пришлось бы в этих лапах очень худо…

— У меня к вам просьба, Константин Иванович, даже две.

— Я сделаю все, что вы скажете, государь…

— Мики, называйте меня в нашем тесном кругу так. И на «ты», делить нам нечего, а вот сделать можем многое. Главное, от этого кошмара державу уберечь. И мы должны спасти Россию, господа, — Михаил Александрович обвел тяжелым взглядом друзей-собеседников и тяжело вздохнул.

— Надо их всех перестрелять, пока они без опаски ходят. Я тут списочек набросал давно, готов хоть сейчас приступить к ликвидации, — Шмайсер деловито улыбнулся и расстегнул карман френча.

— Не торопись, Андрей. Шлепнуть — это самое простое. Их надо переиграть, да так, чтобы в будущем ничего подобного не свершилось, — Фомин посмотрел на Ермакова и задумчиво проговорил:

— А ведь мы с тобой коллеги, оба академию Фрунзе закончили. Только я на полвека раньше. Перед финской. Слушай, ты все рассказал, но мне интересно, какая у тебя «вывеска»?

— Ты имеешь в виду «железки»? — Ермаков усмехнулся. — Не так и много. Две «Звездочки», медалей горсть, одна «БЗ». И все, больше при коммунистах я не получал.

— А при «демократах»? — поинтересовался Михаил Александрович."

"— «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени с мечами, орден «Мужества», ну и медалюшки.

— А статус какой? Названия мало о чем говорят.

— «Заслуги» содран целиком со святого Владимира, даже девиз на звезде точь-в-точь. Крест тоже красный, только в центре двуглавый орел. А вот орденская лента алая, Александровская.