По дороге на Оюту (СИ)

То, что Демьян желает моего полного подчинения, меня немного пугало. Тот факт, что у моего мужчины деспотичный характер, я уже поняла, но сталкиваться с его проявлением была немного не готова. Сложно при этом не признать, что марионер прав. Жизненного опыта у него намного больше, чем у меня.

Он военный пилот и сомневаться с моей стороны в том, что он способен найти станцию заправки и не потеряться во вселенной при этом, было глупо.

— Анита?! – Демьян вернул меня в действительность. — И о чем ты опять призадумалась?

— Ты пилот. Ты знаешь, как управлять этой штукой, — я пожала плечами и обвела взглядом кабину корабля, — а я одним прикосновением вывожу всё из строя. Я честно обещаю тебя слушаться.

— Молодец, солнышко.

Устроив меня повыше, Демьян коснулся моих губ. Лёгкий нежный поцелуй окончательно успокоил меня и стёр все сомнения из головы. Я жива только благодаря этому мужчине. И причин не верить или не доверять ему у меня не было.

— Но ты же не будешь постоянно командовать и строить меня? — проказливо поинтересовалась я, решив узнать степень его деспотичности.

— Ну что ты, золотце, – прищурившись, ответил марионер, — только тогда, когда ты начнёшь воображать нашу ужасную кончину. Ну, или откровенно делать глупости.

— Когда это я делала глупости? – возмутилась я.

— Тогда же, когда и я, — вмиг снова стал серьезным он, — когда у тебя без видимых причин началась истерика, я поступил так, как делал сотни раз. Во время зачисток на станциях за Нептуном женщины часто начинали визжать и рыдать, чуть ли рвя на себе волосы. В таких случаях мы всегда поступали одинаково: схватил да и вышвырнул из помещения в общий коридор, не дав собрать вещи. Это вмиг отрезвляло их и приводило в чувства. Мы ведь, по сути, спасали их, увозя из дыры во временные центры, но они вели себя как последние истерички. Когда я увидел твои слёзы и истерику - поступил так, как и всегда: взял да и вытащил из корабля наружу, думая, что ты вмиг придёшь в себя. А ты, не замечая, что по нам открыли пальбу, поползла навстречу нападающим, прямо подставившись под летящие пульсары. Вот тогда я и понял, что мне досталась необычная во всех смыслах женщина, – приспустив одеяло, Демьян обхватил моё бедро, поглаживая большим пальцем кожу. — Прости меня за этот случай, Анита, я поступил мерзко с тобой. Я не хотел причинять тебе боль или пугать.

— Демьян, — я ласково погладила его по скуле, обведя мизинцем нижнюю губу, — я этого толком и не помню.

— Я помню, Анита, этого уже достаточно.

Повисшая тишина меня немного нервировала. Демьян увлечённо составлял трассу нашего полёта. Первые минуты я пыталась вникнуть в суть того, чем занят мой мужчина, но быстро поняла, что такую науку мне не постигнуть. Не моё это.

Моё внимание снова привлекла открытая панель.