Злодейка на полставки или драконий переполох

— Что бы это изменило?

Идеальные мужские губы искажает хищный оскал.

Его рука комкает ткань моего платья, добирается до коленки и скользит по бедру.

Едва ладонь касается обнаженной кожи — тело вспыхивает, словно на нем выжгли клеймо.

Помимо жара исходящего от его близости, чувствую, как от изменяющейся атмосферы, будто пропитанной хаосом — моя кровь холодеет в жилах.

Ему это не мешает. Он снова наклоняется к моим губам.

Опаляет дыханием, заставляя меня балансировать на грани. Словно говоря, что я в ловушке и в его власти.

— Она не имеет значения. Только ты.

Рука мужчины уверенно блуждает по моему телу. С моих губ срывается беззащитный стон:

— Мне нравится, когда ты злишься, - дыханием он очерчивает влажную дорожку по линии вены на моей шее, от чего у меня немеет тело.

Я что-то пытаюсь сказать, но вместо слов просто хватаю ртом воздух.

Жарко, душно. Рука Александра скользит выше по ребрам, беспрепятственно находя самые чувствительные точки.

Приятная слабость дурманит сознание. Я захлебываюсь в ощущениях.

Слишком о многом напоминают его ладони. Слишком сильно его влияние надо мной.

Или это влияние истинности….

Требовательный поцелуй стирает последние грани. Я окончательно растворяюсь в сильных мужских объятиях дракона.

Мрак и тьма окутывают нас, нависая тяжелой плитой. Щупальца неистово долбятся по воздуху, словно пытаясь пробить защитный купол…но у них не выходит.

Что-то сдерживает разрушительную мощь, не давая дотянуться, растерзать невидимую преграду.

Замутненным сознанием и сквозь пелену улавливаю, как рушатся скалы. Камни отламываются и катятся в бушующее море.

Мир словно охватывает апокалипсис.

Раскаты грома и молнии заглушают мои всхлипывания и пылкие слова Александра.

Огненные вспышки полыхают перед глазами, проносятся искрами. Я не понимаю — это плод моего сознания или все происходит на самом деле.

Обвиваю обессиленными руками сильные чуть подрагивающие от напряжения плечи мужчины.

Я сама вся дрожу и сгораю от каждого прикосновения. Судорожно прижимаюсь к нему. Тесно. Близко. То ли желая спастись и получить защиту. То ли сгореть до конца.

Он находит мои губы. Захватывает в плен и я со сдавленным стоном опускаю ресницы.

За закрытыми веками продолжает искрить и сверкать.

Жаркая волна проносится по телу, сметая все тревоги. Сметая все. Оставляя только ощущение тепла его кожи, прижатой к моей.

Сколько проходит времени, прежде чем ко мне возвращается способность думать и соображать?

Мое сознание все еще плавится.

Долго, не давая сосредоточиться.

Мое сердце бьется в унисон с его.

Александр приподнимается и падает на спину. Одной рукой он бережно прижимает меня к себе, вырисовывая узоры на плече. Другую закидывает себе за голову.