На перекрестке больших дорог

На следующее утро жители Монсальви, допоздна не ложившиеся спать и радовавшиеся прелестям жизни, были разбужены мрачным звоном колоколов, извещавшим о смерти старой хозяйки замка…

Сара, принесшая ей кружку молока, застала графиню бездыханной. Она лежала, выпрямившись, держа руки на четках, на ее побелевших руках блестел изумруд королевы Иоланды. Сара задержалась в дверях комнаты, пораженная необыкновенной красотой мертвой женщины. Следы болезни исчезли, лицо стало ровным, спокойным и более молодым. Ее белые волосы двумя косами лежали вдоль щек, и сходство ее с сыновьями было еще ощутимее.

Сара перекрестилась, поставила кружку с молоком и вошла к Катрин, которая только что заснула. Она потихоньку потрясла ее за плечо. И, когда молодая женщина подскочила в постели, глядя испуганными глазами внезапно разбуженного человека, она проговорила:

– Госпожа Изабелла перестала страдать, Катрин. Тебе надо встать. Я пойду сообщу аббату, а ты возьми Мишеля и отнеси его к Донасьене. Смерть – малоинтересный спектакль для ребенка.

Катрин послушалась и действовала как во сне. Со времени своего возвращения она ожидала этого конца. Она знала, что старая дама желала его как избавления от страданий, и разум подсказывал, что не следует расстраиваться: Изабелла наконец умиротворилась. Катрин почувствовала, что присутствие Изабеллы было для нее много ценнее, чем она предполагала ранее. Но вот ее не стало, и она еще острее почувствовала свое одиночество."

"Чуть позже она с помощью Сары переодела Изабеллу в одежду монахини ордена святой Клер, в которой та пожелала уйти в вечный сон. Стоя у изголовья кровати, они молча смотрели на суровое черное одеяние, придававшее удивительное величие старой графине, готовой, как казалось, вот-вот приоткрыть тяжелые веки. Очень осторожно Катрин сняла с пальца Изабеллы изумрудный перстень, так мало соответствовавший монашескому наряду.

Пришел аббат с двумя священнослужителями. Они принесли с собой кадило и святую воду.

Три последующих дня прошли для Катрин как мрачный сон. Тело Изабеллы было выставлено на хорах церкви, и около него дежурили монахи. Катрин, Сара и Донасьена сменяли друг друга у гроба. Для Катрин часы, проведенные в церкви, были чем-то нереальным. Чтобы избавиться от чувства страха, Катрин попыталась молиться, но мысль была вялой и слова не приходили на ум… Она не знала, с чем обращаться к Богу. Ей было легче говорить с умершей.

Вечером четвертого дня тело Изабеллы де Вентадур, госпожи Монсальви, было опущено в могилу в присутствии всех местных жителей. За деревянной решеткой ограды сильные голоса монахов аббатства исполняли псалмы.

Когда молодая женщина покидала усыпальницу, ее взгляд упал на аббата, произносившего последний реквием.