На одном дыхании!

Так, что ли?!

– Водитель?! – совершенно растерялся отец. – Нет, позволь, при чем тут водитель?!

– Да ни при чем он! В том-то и дело! Водитель твоей дочери тоже не подходит – это мелко! Опять получается мезальянс! Там волки, тут овцы. Волки кровожадные, овцы тупые. А я тут, посерединке.

– Варюш, что с тобой случилось-то?

– Ничего! – крикнула Варя. – Ничего не случилось! Разлогов умер, а Волошин… Волошин так странно себя ведет, что я даже не знаю…

– Ну расскажи мне, – вдруг попросил отец совершенно спокойно. – Вместе подумаем."

"И Варя ему рассказала – про ключи от сейфа, про странный телефонный звонок, про то, что разлоговский заместитель среди ночи на работу поехал, и как ей показалось, он видел ее у Разлогова в кабинете, когда она пыталась найти в ящике ключ.

Отец слушал очень внимательно.

– А ты зачем в ящик-то полезла, Варюш?

– Ну где-то он должен быть, этот ключ!

– А может, Разлогов твой его домой забрал. И лежит он теперь у него в портфеле, никому не нужный!

– Пап, во-первых, он их никогда с работы не забирал. Зачем?! Он вечно все терял, забывал и боялся, что ключ этот тоже потеряется, а дубликатов нет. Во-вторых, после его… смерти я в сейф документы запирала, совершенно точно. И потом, самое-то главное!..

– Что?

– Ключ-то есть! Но он не подходит!

– Во-он что…

– Ну да! А он ну один в один как тот, который раньше был! Выходит, кто-то его поменял? Где-то достал точно такой же, но неподходящий?!

– Как это можно, Варь?

– Сама не знаю, пап. И, главное, зачем?! Там ничего особенного нету, так, деловые бумаги, самые обыкновенные. И мне кажется, Волошин что-то знает такое, от чего страшно нервничает. Только вот… что? Среди ночи на работу полетел, когда я ему про ключ сказала! Я потом подумала…

– Что?

Варя помолчала.

– Да нет, пап, ничего. И делами он совсем не занимается! Все забросил, все! Из Перми директор каждый день звонит, заходится весь, а Марк с ним так ни разу и не поговорил!

– Ну это уж не твоего ума дело, Варюш.

– Как не моего-то, пап?! Ну как ты не понимаешь! У нас все было очень хорошо, а потом сразу стало так плохо!

– Это бывает, – тихо сказал отец.

– Ты ничего не понимаешь!

Ну конечно, он не понимал! Он ничего не знал о принцах и потенциальной принцессе и о том, как важно для принцессы… защитить их интересы. Вернее, его интересы, потому что принц остался только один. Может быть, он не нуждается ни в какой защите, и даже скорее всего, это так, но Варя считала иначе! После смерти Разлогова Волошин остался на ее попечении, как бы смешно и непонятно для папы это ни было! Но она не могла сказать отцу об этом.

– Я считаю так, – начал отец и полез за телевизор, стоявший на высокой полочке над столом. За телевизором лежали сигареты. Отец уже который год бросал курить, примерно с тех пор, как Варя родилась.