На одном дыхании!

– А… ну да… делали. – Он кивнул на второго. – Мы вместе делали. Это мой друг Сапогов. Кстати, классный фотограф!

– Очень приятно, – заверила Глафира друга Сапогова.

– И мне… того… приятно. А вы Владимира Разлогова жена, да? – вдруг выпалил друг Сапогов, классный фотограф.

Глафира кивнула.

– А чего вы такая молодая?

Дэн пнул в бок своего не в меру непосредственного и простодушного друга.

– Какая есть, – Глафира сунула в карманы замерзшие руки и поглубже спряталась в шарф, как черепаха в панцирь. Холодно было ужасно!..

– Мы можем поговорить, Денис?

Они опять переглянулись, как будто она задавала бог весть какие сложные вопросы. Дэн пожал плечами.

– Поговорить… конечно. Приходите завтра в контору часов в двенадцать. Как раз Андрей Ильич подгребет… Ну Прохоров, наш главный, – пояснил он зачем-то. – И поговорим!

– Нет, это все не то, – решительно отказалась Глафира. – Во-первых, мне нужно поговорить именно с вами! Во-вторых, на нейтральной территории. Так что в контору я не пойду.

На лицах обоих парней отразилась вселенская скорбь и обида на все человечество. С чего бы?..

– Я не поняла, – Глафира переводила взгляд с одного на другого. – Вы не хотите со мной разговаривать?

– В суд подаете? – мрачно осведомился Дэн Столетов.

– Почему в суд? – не поняла Глафира. – В какой суд?

– В народный, – пояснил друг Сапогов и кивнул на Дэна. – На него все грозятся в суд подать!

– За что? – осведомилась Глафира.

– За все, блин! – вдруг взорвался Дэн Столетов. – Только я не брал ничего, понятно вам?! И Сапогов ничего не брал! – Сапогов помотал головой сначала из стороны в сторону, а потом вверх-вниз, подтверждая, что нет, не брал. – Мы свою работу сделали и ушли, и точка! Мы журналисты, а не гопники!

Сапогов опять помотал, подтверждая, что они журналисты, а не гопники.

– И разговаривать мы будем только в присутствии адвоката, – выпалил несостоявшийся гопник Денис Столетов, названный так в честь «Денискиных рассказов» Драгунского. – А вы, пожалуйста, подавайте в суд, хоть в Гаагу! Только я все равно ничего не брал!

– А что украли-то? – осторожно спросила Глафира. – И у кого?

– Ничего мы не крали! Ни я, ни Сапогов! А у этой Олеси, про которую материал делали, украли кольцо с бриллиантом!

– Вот это?

В желтом свете фонарей, как всегда, немного тревожном и нервном, бриллиантовый мяч переливался, дрожал, горел и как будто двоился. Словно отсвет лег на лица обоих притихших парней, и вроде бы даже всполохи пошли, как от молнии.

Дэн Столетов потянул с шеи шарф.

– Где вы его?..

Друг Сапогов шевельнул губами беззвучно.

– Откуда оно?..

– Оно всегда было у меня.

– То есть это вы его украли?!

– Мне его подарил мой муж, Владимир Разлогов, – отчеканила Глафира и спрятала руку в перчатку.