На один раз

 — Что ты будешь делать в деревне?

— Что-нибудь, — пожала она плечами. И, наверное, в глубине души ждала, что отец станет уговаривать её не ехать, но не дождалась.

— Я думаю, ты приняла правильное решение уйти из банка, — неожиданно сказал он.

— Тогда тем более не вижу повода здесь оставаться, — пожала она плечами.

Она ни секунды не сомневалась, что отец выплатит долг Ярослава, и попробует выторговать его свободу у Давида Гросса, может, даже ценой своей винокурни.

Чего она не могла понять — зачем это всё Гроссу. Что движет им?

С этими мыслями на следующий день она и приехала в прабабушкин двухэтажный коттедж.

Соседка, невысокая кругленькая женщина с короткой седой стрижкой встретила Сашу доброжелательно.

— Так и стоит дом с той поры закрытый, милая, — вздохнула она, имея в виду мамину смерть. — Я уж твоему отцу звонила, спрашивала, не думает ли продать, не хочет ли сдать, но он сказал, что и думать о нём не хочет — пусть разваливается. Огород-то я сажу, чего ж земле бурьяном зарастать. Как при твой матери, царство ей небесное, с её позволения садила, так и сейчас вожусь на двух участках. Ну а дом, — она развела руками.

Дом и правда был запущен. Не в том плохом смысле, что прогнил и развалился — всё в нём осталось, как Саша помнила, как и было в последний мамин приезд. Только запылилось, заросло паутиной. За неуплату отключили свет.

— Дрова есть, сейчас печку тебе натопим, — бодро открыла соседка пыльную заслонку в трубе. — Ну а завтра сходишь в контору, заплатишь, тебя в тот же день и подключат, — показала она на тянущиеся вдоль улицы от столба к столбу провода. — И интернет тоже подключат, у нас тут всё проведено: интернет, телевидение кабельное.

Чего Саша не знала: сколько продлится её добровольная ссылка. А вот чем будет заниматься — знала точно.

Всем, к чем лежит душа.

Глава 26

Со светом всё вышло именно так, как соседка и сказала. Интернет тоже провели. Но последние дни октября установились такими солнечными и тёплыми, что Саша даже не заглядывала в сеть — целыми днями гуляла."

"Тихие просёлочные дороги. С одной стороны бывшие колхозные поля, с другой — лес и озеро.

Саша подолгу сидела на берегу, подставив лицо по-осеннему мягкому солнцу, слушала шум деревьев, шёпот воды, дальнюю перекличку припоздавших птиц. Бродила по лесу, составляла нарядные осенние букеты, заполняя ими многочисленные бабушкины вазы. Собирала переспевшую ягоду, карабкаясь по склонам поросшего брусничником холма. Пешком ходила за покупками в центр или на железнодорожную станцию — встречать и провожать поезда. А в дождливую погоду, подогнув ноги и устроившись с книжкой в большом прабабушкином кресле, слушала вой ветра за окном и весёлое потрескивание дров в камине.