Простушка на одну ночь

— Я думал, в такое время молодые обычно заняты друг другом, а не глушат выпивку в одиночестве перед камином.

— Ты можешь присоединиться, — подсказал я.

— Хочешь о чем-то поговорить?

— Ок, сразу к делу? Давай.

— Длинный день и достаточно тяжелый. Мало времени на сон. Извини, что мне не хочется разводить сантименты.

— Что ж, давай к делу. Пройдем в кабинет?

— Значит, разговор пойдет о деньгах.

— Но все же, — усмехается отец.

Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не ответить колкостью. Все-таки мирное общение с ним тяжело мне дается, стоит титанических усилий, сжирает внутренние ресурсы.

— Итак, о чем ты хотел поговорить? — спрашивает отец, едва опустившись кресло. — Деньги. Тебе нужны деньги? Сколько?

— Я хотел поговорить о тебе. Ты болен? — прямо спросил я.

— Откуда такие подозрения? Я полон сил!

— И все же, откуда такие сведения?

— Пошли слухи. Причем, поползли они достаточно далеко, если даже Елена узнала об этом от… от одной из знакомых. Говорят, у тебя серьезные проблемы со здоровьем. Ты болен неизлечимо.

Отец застывает без движения, смотря на меня со странным выражением на лице.

— И что из этого следует?

— Ничего. Я бы вообще этот разговор не стал начинать, но как-то вышло, что начал. Несмотря ни на что, ты — мой отец, и я беспокоюсь. Немного, — добавил, чтобы не выглядеть совсем уж слюнтяем.

Глаза отца странно заблестели. Я бы сказал, что он едва не пустил слезу, но это же мой отец. К тому же я видел в этот момент достаточно мутно, что-то в глаз попало. Иначе бы не пришлось их тереть пальцами.

— Кхм… — отозвался отец. — Приятно знать, что ты обо мне беспокоишься, несмотря ни на что. Я это ценю, правда, ценю.

Неожиданно он поднялся, пересек кабинет бодрым шагом и сел рядом, обняв меня крепко. Я забыл, как дышать, просто замер, будучи потрясенным, и немного неловко похлопал его в ответ по плечам.

— Все, что я делал, Марсель, хотел, чтобы это было тебе во благо. Не всегда выходило хорошо и правильно. Однако сделанного уже не исправить. Но я все же рад, что ты пришел ко мне и поделился тревогой.

Внезапно в груди стало совсем тесно, невыносимо, а потом словно что-то лопнуло, какая-то напряженная струна, не дававшая до этого жить спокойно. Нахлынула волна. Я обнял отца в ответ, без слов.

На несколько мгновений мы замерли, а потом он встал и вернулся на свое кресло, как ни в чем не бывало. Только я чувствовал, что прежнего общения на ножах больше не получится, все будет иначе.

— Хорошо, что ты пришел ко мне. Вот только…

— Только я болен не настолько, как ходят слухи, — усмехнулся отец. — Да, я старик, и у меня есть некоторые сложности со здоровьем, как у всех стариков. Однако на тот свет я не собираюсь, поверь!

— Но говорят, что сведения — точнее не бывает. У того, добыл эти сведения, есть доступ к медкартам.