Ставка на невинность (СИ)

Тепло его ладони заставляет сердечко замирать, и во мне поднимает голову давно забытый девичий трепет.

— А как ты узнал, где живёт мама?

Я же ему адрес так и не сбросила."

"— О! Левина, это был весьма любопытный квест. Поучительный, я бы сказал, — интригует Герман с недобрыми нотками в голосе, запихивая меня в машину.

И я решаю ещё немного помолчать. Подожду, пока он остынет или придет в свое обычное состояние. Несвойственное мне решение, но сегодня я сама не своя.

На кольце мы встреваем в бесконечную пробку. И без того пребывающий не в духе Бергман молчит и бросает на меня злые взгляды, только что зубами не скрипит, но сегодня я остерегаюсь предлагать ему стоматологическую помощь.

Под щёлканье поворотника в тепле салона разморённую меня клонит в сон. Веки тяжелеют, и я поминутно выпадаю из реальности.

В один прекрасный момент, когда я открываю глаза в очередной раз, я обнаруживаю, что машина уже стоит, а перед носом закрываются автоматические ворота. Растерянно оглянувшись, в заднем окне автомобиля вижу коттедж, крыльцо которого гостеприимно освещает фонарь.

— Мы где? — сипло спрашиваю я.

— Дома, — ласково, как акула, отвечает Герман.

У меня закрадывается недоброе предчувствие.

— Это не мой дом, — намекаю я на необходимость пояснительной бригады.

— Ага, — Бергман игнорирует мои намеки и отстёгивает мой ремень безопасности.

— А зачем мы здесь? — ещё один умный вопрос.

Ответ я получаю такой же содержательный:

— Поговорить.

— А почему мы не могли поговорить в городе?

— Сейчас узнаешь. Пошли, я тебе кое-что покажу… — с этими словами Бергман покидает салон автомобиля.

Даже понимая, что меня ждет какой-то подвох, я, как котёнок Гав, никак не могу совладать с любопытством. Неохотно я выбираюсь из машины вслед за Бергманом, который уже гремит ключами на крыльце.

Как только мы оказываемся в тепле, я удивлённо оглядываю интерьер. Открытая планировка первого этажа, явно недавно закончился ремонт, но мебели маловато.

— И что ты хотел мне показать? — недоумеваю я.

— Кузькину мать! — рявкает Бергман.

— Что? — офигиваю я.

— Левина, а Левина? Я, может, и козёл, но не баран. Как долго ты планировала вводить меня занос? — он неумолимо надвигается на меня, по пути расставаясь с пальто и бросая его на диванчик в холле.

— О чем ты? — пячусь я, а сердце моё колотится в адреналиновом всплеске.

— Ты же у нас последняя девственница города… — Герман делает бросок в мою сторону, а я резво отскакиваю, но он успевает сорвать с меня шарф.

— И что? Это грех? — пытаясь остановить его, я совершаю несусветную глупость — бросаю в него перчатками. Перехватив их на лету, он, не глядя, вместе с шарфом присоединяет их к своему пальто.

— Нет, лапочка, это не грех.