Контракт на невинность

Он уходит, засветив свое тело с большой тату в виде дракона на спине, а я срываю футболку и швыряю ее в раковину. Настроение испорчено окончательно. Внутри трепещет беспокойство и странная мысль — Хазар явно что-то видел. Если он знает, что я уехала из дома в тот вечер на странной машине — он мог быть поблизости и в момент, когда Витя пытался меня изнасиловать. Он единственный уверен, что Витю убила не я, а другой человек. Настолько уверенным можно быть, только когда сам был свидетелем произошедшего.

Но он явно не расскажет подробности и не выдаст человека, который меня тогда спас. Просто потому, что я его чем-то сильно бешу, и он с радостью пойдет на все, чтобы меня утопить.

А если он позаботится подтасовать информацию обо мне — то мне вообще конец. Выдумает, что я действительно связана с каким-то Царевым. Камиль может ему поверить. Выгонит меня, а потом Хазар сдаст найденные улики в полицию и я отправлюсь за решетку.

Мне становится страшно. Поэтому я подхватываю ключи с пола и бегу следом за Хазаром.

Ловлю я его в коридоре. Хватаю за локоть, останавливая, и, не чувствуя ни капли раскаяния, бормочу:

— Ладно, извини. Я перегнула палку, но только потому, что ты меня оскорбил. Если бы ты вел себя более мягко — я бы такого никогда не сказала. Я и сама получаю деньги не совсем честным путем, ты прав.

Трудно изображать виноватый видок, когда в душе кипит злость. Я бы с удовольствием просто подставила подножку Хазару где-нибудь на лестнице, чтобы он ненароком разбил себе голову и отъехал в больницу. Лишь бы его не видеть.

Поэтому, чтобы он не заметил эту ненависть, я сверлю взглядом пол.

— За что мне относиться к тебе мягче? — холодно интересуется Хазар, — не вижу ни одной причины.

— Потому что тебе я не сделала ничего плохого. А из-за моральных качеств ты не имеешь право относиться ко мне, как к дерьму, — спокойно отвечаю я, — у тебя мораль тоже хромает. Но я тебя осуждать не собиралась. По крайней мере, вслух.

Я слышу усмешку.

— Ладно. Извинения приняты. Куда тебя отвезти, подстилка?

— К моей сестре, головорез, — цежу я сквозь зубы, понимая, что до этого человека пытаться достучаться — бесполезно. Но выхода у меня нет и придется вести себя милее. Хотя бы немного, — ты можешь переодеться, а я пока найду свой телефон.

И, отпустив его локоть, я ухожу. Пока злость снова не взяла верх надо мной.

Эпизод 25

Телефон я нахожу за банкеткой, с тремя процентами заряда и кучей пропущенных от отца и Ляли. Я издаю протяжный стон. Надо было позвонить вчера Ляле и предупредить, что отец вышел из больницы. С него станется трахнуть мозг младшей дочери. Адреса Ляля не знает — не запомнила, как и я, поэтому вряд ли папа мог заявиться к ней ночью и забрать, но все равно нервы наверняка помотал изрядно.

Я набираю Лялю.