Замок на двоих. Королева неблагого двора

– Он говорил правду и был искренен, – кивнул Кэйр. – Что тебя смутило?

– То есть это были не комплименты? Ясно… Значит, я на самом деле Темная королева?

– Конечно, – с заметным удивлением подтвердил король. – Не светлая же. Странный вопрос, Элла.

– Нет, не странный! Как-то я, знаешь, никогда не мечтала стать ужасом, летящим на крыльях ночи!

Я поднялась с кресла, но Кэйворрейн, мгновенно усевшись на мое место, перехватил меня и затащил к себе на колени.

– Ночь, тьма, борьба добра и зла! – зло сказала я, упершись руками ему в грудь, не позволяя обнять себя. – Кэйр, я не думала об этом раньше. И я не хочу… быть на стороне зла!

Прозвучало пафосно, но я не смутилась. Речь Каментера действительно будто открыла мне глаза. Распахнула, блин, настежь!

– А ведь я поклялась, что буду! Что все силы приложу для процветания Неблагого Двора!

– Ах, вот что! – ухмыльнулся король, оставив попытки обнимашек. – Ты хочешь, чтобы я объяснил тебе элементарные вещи? О том, что свет не существует без тьмы, а тьма без света? О том, что день и ночь, лето и зима сменяют друг друга без участия разумных существ? О том, что так устроен любой мир?

– Ну…

– Я открою тебе страшную тайну, любовь моя… – шепотом выдал он и приложил к губам длинный палец. – Только тсс… никому! Ты не поверишь, но в пряхи тебя мог зазвать и какой-нибудь Солнечный Благой Плетущий. Точно так же заморочив твою прелестную головку гламором…

– Нисколько не сомневаюсь, что Благие фейри такие же… бесчувственные создания, как и Неблагие.

– Очень даже чувственные… – промурлыкали мне в ухо, все-таки притянув поближе. – Настолько чувственные, что я вполне могу вот сейчас не справиться с собой и показать тебе свою чувственность прямо здесь, не доходя до мягкого ложа… ммм?

– Кэйр!

– Не могу на самом деле, – обрадовал его величество, невежливо спихивая меня со своих колен. – Да и ты ведь, сокровище мое, принесла клятву, – напомнил с ухмылкой. – А потому мы с тобой сейчас пойдем чинить Печать на Бездне, чтобы в мир не вышло истинное зло.

Вот как у него так получается? Буквально истекать нежностью, пылать неподдельной страстью – и тут же становиться чуть ли не ледяной статуей!"

"Хотя не статуей, конечно. Потому что статуи не подмигивают, не вскакивают с кресла, не хватают жену за запястье без намека на любовную ласку и не открывают с деловым видом тропу в одно из самых жутких мест волшебной страны.

Знакомая пещера с синими светящимися стенами.

Семь разноцветных щитов.

На голубом жуткая трещина – словно по нему ползет, извиваясь, змея…

И там, за этой змеей…

Фоморы. Истинное зло, которое не должно вырваться из Бездны…

То самое зло, которое когда-то очень давно уничтожило племя Партолона – на пару с фейри.