Выстрел на Большой Морской

Поэтому разговор наш состоится в любом случае, независимо от того, стану я креститься на мизинцы, или нет.

Княгиня стремительно покрылась красными пятнами, скосила глаза на Любимова. Тот молча кивнул.

— Так и быть. Я вас слушаю.

— Это ваше письмо?

Статский советник протянул Юрьевской листок, найденный им в тайнике Макова. Немедленно подошёл доктор, бесцеремонно вырвал у вдовы письмо и принялся его внимательно читать. Уже через минуту он сказал:

— Это не почерк Екатерины Михайловны. Вы принесли фальшивку, господин вице-директор! Что, департамент полиции опустился уже до провокирования?

— Да, это не мой почерк! — тут же подтвердила светлейшая княгиня, нагло глядя Благово прямо в глаза. — Ай-ай-ай, господин из полиции! И не стыдно вам заниматься таким грязным ремеслом? А впрочем, чего ждать от жандарма…

— Во-первых, я не жандарм. Во-вторых, в архиве МИДа упомянутый здесь протокол отсутствует, следовательно, он действительно украден. В-третьих, эксперты определённо опознали руку; это ваше письмо, княгиня! И, наконец, в-четвёртых: с экспертами согласен и государь. И он повелевает вам немедленно вернуть секретный протокол в Россию. Вот его собственноручная к вам записка.

Благово протянул Юрьевской письмо от императора. И она, и Любимов прочитали его дважды, и лица их одинаково вытянулись.

— Ваша светлость! Не наводите на себя гнев его величества; вам известен его резкий характер. Мне велено добавить на словах, что, ежели вы не подчинитесь, ваши счета в иностранных банках будут арестованы. Там есть несколько миллионов франков, происхождение которых вы никак не сможете объяснить! Немедленно верните мне протокол, иначе будет хуже для вас.

Юрьевская затравленно засеменила по кабинету, потом схватила доктора за рукав:

— Мусик, что же нам делать? Отберёт ведь, всё-всё отберёт, я его знаю!

«Мусик» нервно выдернул руку и отчеканил, глядя Павлу Афанасьевичу в переносицу:

— Это шантаж и угроза! Так-то русский император обращается со слабою женщиной, законною супругою своего отца? Тогда знайте и передайте ему: не получите вы никаких протоколов! Если он действительно здесь — представим это на минуту — то в нём заключена наша гарантия сохранения вкладов. Вот! Как только вы попытаетесь отобрать наши деньги — документ тут же окажется в Берлине. Предостерегите ваших руководителей, что это всерьёз. Пусть оставят нас в покое, а не то поднимется такая буря!

— Да! — горячо добавила вдова, — Канделябры не отдали, а теперь и кровное хотят заграбастать? А вот ему! Так и передайте!

И бывшая смолянка, ведущая свой род от Рюрика, показала статскому советнику кукиш.

— Это окончательное ваше решение? — спросил Благово у княгини, упорно не глядя на её конфидента. Но тот не собирался выключаться из беседы.