На моих условиях (СИ)

Когда выхожу, отец стоит у кровати, бережно держа маму за руку.

От этой картины у меня вновь увлажняются глаза. Боже, я стала такой плаксой!

Заметив меня, отец осторожно выпускает мамину ладонь и переводит на меня настороженный взгляд.

Кажется, он волнуется.

- Красивые цветы, - говорю я, чтобы сгладить возникшую неловкость. - Маме бы понравились.

- У тебя все хорошо? - спрашивает отец с неподдельным волнением в голосе. - Ты выглядишь расстроенной, Влада.

Я не собиралась вести беседу на эту тему здесь и сейчас, но его участие поджигает фитиль моего спокойствия.

- А чего ты ожидал? - резко бросаю я. - Что я буду выглядеть как счастливая невеста?

Мой удар попадает в цель, потому что отец мрачнеет.

- Я думал, вы с Максимом нашли общий язык, - говорит он спокойно.

- Правда? И с чего ты так решил?

- Я говорил с ним, - признается он. - Несколько раз.

- Зачем?

- Я волновался, а ты игнорировала мои звонки.

- Разве это тебя удивляет после того, что ты сделал?

- Нет, - это краткий ответ, в котором мне слышится сожаление, раскаяние и горечь, окончательно меня ломает.

Я отворачиваюсь к окну, отчаянно пытаясь удержать рвущееся из груди рыдание, но когда на плечи опускаются руки отца не выдерживаю. Я всхлипываю раз и еще раз, а когда горячие слезы полностью застилают глаза, отец разворачивает меня к себе и прижимает к своей груди.

Его родной запах, участие, то, что он, единственный близкий мне человек, рядом, прорывает плотину моей сдержанности. Я реву взахлеб, выпуская из себя горечь обиды и злости, оплакивая маму, мои отношения с папой, с Максимом, собственную глупость и доверчивость. А папа молчит, позволяя мне выплакаться, лишь гладит меня по волосам и спине до тех пор, пока последние рыдания не затихают.

- Не знаю, поверишь ли ты или нет, но я бы никогда не сделал того, что сделал, если бы не верил, что вы с младшим Андреевым идеально друг другу подойдете, - внезапно говорит он тихо.

- О чем ты говоришь, пап?

- Тебе нужен был такой как он: порядочный, умный, надежный. Не легкомысленный эгоистичный Фролов, который пудрил тебе мозги все это время, - продолжает он. - Возможно, я выбрал неправильный путь для осуществления своих отцовских желаний, но я не сомневался, да и сейчас не сомневаюсь, что вы с Максимом созданы друг для друга. Я видел как вы общались на том единственном обеде в нашем доме, Влада. Только слепой мог не заметить, что между вами происходило нечто совершенно особенное.

- В последнее время и я думала, что между нами что-то особенное, - сдавленно произношу я, впервые признавая факт своей влюбленности вслух. - Он был так добр ко мне. И я... Кажется, я его полюбила.

- Но? - выжидательно спрашивает папа.

- Я обманула его, и он меня не простил, - обреченно выдыхаю я.