На моих условиях (СИ)

- Ты кем себя возомнил? Влада - моя подруга, она меня любит, - самодовольно заявляет он, отпихивая мои руки и вставая с кресла. - Хера с два, я ее оставлю. Особенно с тобой, принудившим ее к браку пошлым шантажом. Через пару дней я улетаю в Лондон. Девять из десяти, она поедет со мной.

Вокруг нас начинает кудахтать администратор, посетители повскакивали со своих мест, я слышу, как кто-то зовет охрану, но мне плевать. Напрямую никто не рискует вмешиваться - это дорогой ресторан и публика тут соответствующая, не станет марать свои костюмы за сотню тысяч в потасовке. Поэтому я не сдерживаюсь:

- Русского языка ты не понимаешь, - бросаю Фролову холодно, а потом сжимаю кулак и впечатываю его в смазливое лицо.

Костяшки пальцев обжигает резкой болью, из носа блондина хлыщет кровь. Но я даже не успеваю насладиться этим зрелищем, как сильные руки скручивают меня сзади, так что я не могу пошевелиться.

- Подойдешь к ней - получишь еще, - успеваю сказать прежде, чем меня начинают оттаскивать от поверженного мудака, который белой салфеткой затыкает свой разбитый нос.

В холле я стряхиваю с себя чужие руки, и поправляю галстук, морщась от саднящей боли в пальцах.

- Имя мое знаешь, счет за доставленные неудобства пришлешь, - говорю бледной администраторше, которая в защитной реакции прижимает к себе увесистую папку меню. - И не кипишуй. Закончилось все.

Глава 38

Я с ногами сижу на диване в пустой гостиной и, обхватив колени руками, покачиваюсь из стороны в сторону. С тех пор, как Варя двадцать минут назад прислала мне мою собственную фотографию из журнала, я просто не могу найти себе место."

"Я уже отправила смс Максиму, сообщив, что жду его дома, но впервые за все время нашего знакомства он мне не ответил. Успокаиваю себя, что он может быть за рулем или у него сел телефон, но паршивое предчувствие не желает отпускать меня.

Глупо, конечно. Он серьезный бизнесмен, с чего вдруг ему интересоваться съемками в глянцевых журналах? Я просто накручиваю себя. Он не знает. А я, наконец, этим вечером сделаю то, что должна была с самого начала, - признаюсь ему, что еще раз, в последний раз работала с Костей.

Костя, Костя... Как ты мог поступить со мной таким образом?

Взбешенная, я позвонила ему сразу же, как только поняла, что та единственная фотография, которую он обещал сохранить в своем архиве, оказалась на журнальном развороте. «Детка, я не виноват. Кадр случайно оказался в папке с обработкой. Я и не думал, что они возьмут его», - непринужденно заявляет он, словно ничего особенного не произошло. Слушая его объяснения, я вдруг понимаю, что на самом деле он ни о чем не сожалеет. И даже если все действительно вышло случайно, Костя не задумывается о том, какими неприятностями эта история может обернуться для меня.