Минус на минус

– Почему?

– Потому что я – любитель извращенных удовольствий, – язвительно ответил он. – А еще Егор боится, что ты куда-то вляпаешься, и попросил за тобой присмотреть.

– Так вы обо мне волновались? – с наигранным умилением пропела я.

– Брат – да, – не стал отпираться Алекс. – А я волновался за лес, оставленный наедине с тобой, человек-деструкция. Сколько милых зверушек потеряют родной дом, если ты вдруг поведешь себя… ну, как обычно. Ладно, хватит на меня таращиться. Идем, куда ты там хотела…

– За папоротником.

– За папоротником?! Какой идиот собирает папоротник в это время года?!"

"Я мысленно хмыкнула: ну, хоть не мне одной пришла в голову эта мысль, и бодро потопала в сторону «поля». Алекс закатил глаза, обхватил меня за плечи и развернул на сто восемьдесят градусов:

– Ивняк, Ева! Нам нужен ивняк. Даже я знаю, где растет нужная тебе флора.

Почему-то это небрежное прикосновение всколыхнуло целую бурю эмоций. Я вспыхнула, поспешно отступила на шаг и с такой скоростью рванула вперед, словно у меня прорезались крылья. Алекс, усмехнувшись, пошел следом.

Знаете, что было моей ошибкой? Ну кроме того, что я вообще поперлась за кочедыжником? Мне слишком сильно хотелось сбежать от Шурика, который буквально дышал в затылок, и для этого я готова была воспользоваться любым поводом. Потому, когда из глубины рощи послышалось любознательное «хро-хро», это показалось знаком свыше.

– Ты куда? – удивился Алекс, когда я бросила куст папоротника (мы его все-таки нашли!) и, крадучись, пошла на звук.

– Сейчас вернусь.

Шурик подумал-подумал и пристроился за плечом. Я вздрогнула, но решила его не отгонять: все равно не послушается. А вот таинственного гостя мы своими баталиями могли спугнуть. На цыпочках приблизившись к кусту, я осторожно раздвинула ветви и увидела маленькую полосатую хрюшку. Она копалась носом в земле, чем-то с аппетитом чавкала и приговаривала свое «хро-хро» утробным довольным голосом.

– Какая хорошенькая, – растроганно прошептала я. И это, кстати, было довольно странно: обычно хряки не вызывали во мне положительных эмоций. А здесь – ну, прямо лапочка. Пятачок крошечный, копытца словно игрушечные, спинка пушистая и такая притягательная, будто просит, чтобы ее погладили.

Алекс схватил меня за кисть, когда я уже почти коснулась шерстки:

– Медленно отходи ко мне за спину.

Я подняла глаза на братца: с чего это у него такое напряженное лицо и хриплый голос?

– Шурик, это просто поросенок. Он не нападет на тебя, вы с ним в разных весовых категориях.

– Молча, Ева! – блеснул глазами братец. – Отходи молча!

– Ты параноик! Ой! – Я навострила уши и улыбнулась. – Кажется, к нам бегут его родственники.

– Твою мать! – взревел Алекс, хватая меня за руку. – Беги, дура!

И сорвался с места.