Минус на минус

 – С тобой?! Да ни за что на свете!

И, прежде всего, потому, что это слово подразумевает взаимное избиение! А у меня-то совсем другие планы…

Дождался, пока девчонка приблизится на расстояние броска, и резким движением притянул к себе. Схватил за волосы, грубо поднял лицо и накрыл губы. Вот как надо целоваться, ведьма! Чтобы ты сперва охнула и попыталась вырваться, а затем задрожала, обмякла, подалась навстречу. Чтобы ты кусала мои губы, пила мое дыхание, забылась в моих руках, обняла за шею, забралась пальцами в вырез рубашки…

Только мне этого было мало. Опустив ладонь ей на бедро, я скользнул выше, на попу, поднимая юбку, добрался до трусиков, чуть приподнял ткань, зажмурился и одним быстрым усилием наложил руну.

– Ммама!!! – распахнула глаза девчонка и попыталась отпрыгнуть. Я тут же вернул ладонь на талию, прижал ее к себе покрепче и зашептал:

– Тише, девочка, тише… сейчас боль уйдет.

– Что это было?!

– Заявление, – мрачно ухмыльнулся я.

– Какое еще заявление, садист?!

– Что ты моя, Ева, – объяснил с невинным выражением на лице.

– Какая такая «твоя», заклинатель?!! – прорычала эта недогадливая пиратка.

– Для твоего же блага надеюсь, что послушная! – зашипел в ответ.

– То есть ты меня сейчас взял и… заклеймил?!

– Никто не увидит мою руну, кроме меня и тебя самой! Так что де-факто это не клеймо!

– Ах так?! – низким голосом проурчала она. – Тогда вот тебе на!

И сунула ладонь мне в рубашку. Кожу у сердца обожгло, словно к ней прикоснулись раскаленной кочергой.

– Теперь ты тоже мой! – заявила не без гордости. Я опустил глаза: фигасе, «тоже»! Герб рода Пендрагон – крылатый лев на фоне трилистника отчетливо проступал слева на груди.

– Ну ведьма… – процедил сквозь зубы.

Она подняла на меня обиженный взгляд:

– Ты первый начал!

– Я?!

– Да! – ткнула она пальцем мне в лицо. – Ты! Если бы ты не… это… ну которое то… в общем… мне бы не пришлось… короче, ты виноват!

Я хмыкнул: ну надо же, теперь она краснеет. Каждый раз этому удивляюсь: как расстегнуть четыре пуговицы на груди – так это она первая, а как сказать об этом вслух – куда только храбрость девается?!

– И вообще, – продолжила, отвернувшись, бухтеть девчонка. – Что ты себе позволяешь?

Я вздохнул, улыбнулся и, обняв ее за плечи, поцеловал в макушку. Прижался к ней щекой:

– Дурочка…

Она вздрогнула, но на этот раз почему-то решила смолчать.

«Что себе позволяю? – мысленно спросил у самого себя, вдыхая запах ее волос. – Слишком многое, наверное. Но в последние дни только это и осталось в голове. Совсем с цепи сорвался… Ну и пусть. Я тебя все равно никому не отдам, ведьма…»

И только спустя минуту почувствовал, как тонкие пальчики обхватывают меня за талию. Недоверчивый зверек…. Вредный… Ехидный. Мой!

Ева Моргалис

Наверное, я все-таки влюбилась.