Минус на минус

Говорят, когда-то кто-то пытался эти «дички» облагородить, привить им голубой крови, но, видимо, не срослось. Сами деревья были большими и красивыми, особенно в период цветения. Да и яблоки внешне радовали: круглые, наливные, размером с кулак. Вот только на вкус – гадость редкостная. Словно природа собрала худшее от хурмы, сливы и фейхоа и сотворила эти странные плоды. Они получились твердыми, кислыми аж с горчинкой и с удивительным привкусом, от чего хотелось выплюнуть только что откушенный кусочек и посмотреть, что же там такое экзотическое сдохло. Иногда садовник обрезал порченые листья, подпиливал ветки, но к продуктам жизнедеятельности деревьев не прикасался в надежде то ли на птиц, то ли на зиму…"

"Ну, что тут сказать? Он надеялся на помощь – он ее получил. Мой братец с единорогом в два «лица» умяли половину урожая. Весь низ ободрали, как будто пылесосом прошлись. И все бы ничего, если бы яблоки эти они ели в июле-августе, а не сейчас, когда перебродивший сок добавил им несколько крепких градусов.

Я как раз заканчивала осматривать Юрашика – годовалого нескладного жеребенка с золотистой звездочкой на крупе, когда из-за дома вышла охмелевшая парочка. Хотя нет, не так: выплыла, обходя уложенную плиткой тропинку по красивой синусоиде. У меня даже аптечка из рук вывалилась:

– Вася, ты чего?..

Жеребец повернул голову на звук, окинул меня осоловевшим взглядом, икнул и обернулся к Алексу.

– Отпусти ее, друг, – попросил очень проникновенно.

Братец нахмурился и покосился на меня так, что я засомневалась, помнит ли он меня вообще.

– Нет, – выдал наконец. – Не могу.

– Почему? – удивился Вася. – Все равно ведь улетит!

– На метле? – деловито уточнил брат.

– Может, и на метле. Она же ведьма, что ей стоит? Отпусти лучше сам!

Я нахмурилась: это они сейчас о чем беседуют? Куда кого думают отпускать? Какая ведьма улетать собралась?!

Хлопнув по плечу жеребчика, я отпустила его догрызать ветку голубой ели (какую только гадость не жрут единороги…) и, подозрительно щурясь, приблизилась к Василию. Тот несколько долгих секунд смотрел на меня чуточку печальным взглядом, а потом выдал:

– Прости, сестренка, сделал все что мог.

– Ты о чем? – уточнила я, хотя догадка уже вертелась где-то поблизости.

– О шабаше, конечно!

Великолепно! Вот и решение всех моих проблем! А мы с Полиной еще гадали, что бы такого придумать с этим полетом на сборище. Оказалось, всего-то и нужно пригласить единорога и угостить его яблочком. Спасибо, друг! Ты здорово облегчил мне жизнь, прямо-таки «определил участь»! Но теперь уж не обессудь: с тебя надгробие. Похороны, так и быть, Алекс организует сам.

– Ой, Вася! – протянула, схватившись за голову.