Минус на минус

Пока мы переругивались, к дереву успели подойти мрачный Богдан и отчего-то донельзя довольная готесса. – А то сидите там тихонечко, воркуете. Непорядок!

В лагерь мы добрались очень вовремя: оставленная «на хозяйстве» Оля как раз пребывала в том упоительном состоянии всепоглощающего страха, когда за каждым кустом уже видишь врага, но пока не бросаешься от него со всех ног. Она круглыми глазами смотрела по сторонам, дергалась от любого шороха, но старательно несла караул. Даже, можно сказать, чересчур старательно. Потому что когда Егор вдруг вынырнул из-за дерева, ему в голову полетел тот самый, прихваченный мною из дома топор.

– О, майн Гот! – возопил брат, навзничь падая на землю. Мы, кстати, тоже легли, на всякий случай. Оля прислушалась, сообразила, с кого только что едва не сняла скальп, и с криком:

– Егорушка! – бросилась поднимать возлюбленного.

Я выдохнула сквозь зубы: ничего себе, девочка-цветочек! «Томагавк» метнула так, что Чингачгук бы прослезился. Ну Егор так точно должен быть оценить. Бедняга чуть не погиб от руки своей излишне впечатлительной подружки: тут не прослезиться, тут возрыдать впору…

Пока отпаивали несчастного чаем, пока собирали лагерь – поняли, что серьезно опаздываем. Пришлось к подъемнику нестись едва ли не бегом. А там, в будке администратора, нас ждало еще одно препятствие. В лице необъятной тетки-контролера.

– Я не могу продать вам билеты, – уверенным голосом заявила она.

– Почему? – обалдел Егор.

– Потому что билеты продаются только внизу. На «туда-обратно». Куда вы свои дели?

– Но мы не покупали, – попытался брат достучаться до пожеванного бюрократизмом женского сознания. – Мы пешком поднимались.

– Вот и спускайтесь так же, – невозмутимо ответила тетка.

– Тогда мы не успеем на поезд!

– А это уже не мои проблемы.

И вот тут не выдержал Богдан. Он и так был слегка на взводе, но когда какая-то злобная морда создает ему проблемы на пустом месте…

– Женщина, – плечом оттеснив брата, прорычал метросексуал. Вернее – то, что от него осталось, потому что поход явно не пошел на пользу ни модельной стрижке, ни всегда тщательно выбритому личику. Сейчас Богдан напоминал сильно обветшавшего аристократа: вроде и стиль есть, и шмотки дорогие, а только место им все равно на помойке. – Нам необходимы эти билеты. Что вам мешает их продать?

– Это не предусмотрено правилами.

– Хорошо, – процедил Богдан. – А если бы мы их потеряли?

– Что? – насторожилась тетка. Такой поворот событий не был прописан в ее отточенном за годы службы сценарии.

– Мы потеряли билеты! – решительно повторил брат. – Хочу купить другие.

– Но я не имею права продать вам билеты только на обратную дорогу за полцены… – растерянно буркнула женщина.