Мятеж на окраине Галактики

По расчетам, сделанным на основе информации, полученной от Старшего ОУМа, в случае подрыва семи из двенадцати основных информационных узлов уровень быстродействия Первого Контролера Разрушителя должен был упасть настолько, что корабль превратился бы просто в груду мертвого металла. Впрочем, у Уимона сложилось впечатление, что у самого Олега на этот счет были некоторые другие идеи. Во всяком случае, он несколько раз бросал в сторону Уимона прищуренный, оценивающий взгляд, от которого у Уимона тут же начинало сосать под ложечкой.

Контейнер вздрогнул, сверху что-то хрустнуло, и на месте сварного шва зазмеилась трещина, через которую просунулись толстые крепкие пальцы. Затем лист загнулся и спустя мгновение лопнул с негромким треском. Уимон поежился, представив, какое усилие необходимо было приложить Роланду, чтобы переломить этот лист конструкционного полимера. Но тут в проеме возникла знакомая голова, увенчанная сенсорными башенками, и раздался гулкий шепот:

Послышалось бормотание старшего Йоргенсена, что-то типа: «…мать, пресвятая Богородица…» — и вслед за этим над головой Уимона мелькнули здоровенные подошвы его ботинок.

Приемная камера станции транспортного тоннеля была пуста. Только в самом конце загрузочной платформы находилась какая-то белесая кучка. Но когда они подошли поближе, глаза Уимона удивленно расширились — кучка оказалась телом Вопрошающего. Тот лежал в неестественной позе, с проломленной головой, а две или три плети его сенсорного венца были оторваны и валялись в стороне. Роланд поймал его взгляд и усмехнулся, как-то так совершенно спокойно и даже беззаботно. Надо же, как он наловчился усмехаться за последнее время.

Они поднялись по слегка изогнутому разгрузочному тоннелю, ведущему под самое брюхо лежащего корабля, и остановились у последнего изгиба. Олег молча вскинул руку и бросил взгляд на часы, а затем показал остальным три пальца. Пока они были в графике.

В этот же момент в трех километрах от них Потомственный полковник Дубинский так же оторвал взгляд от часов и, почти таким же жестом вскинув руку с тремя пальцами, натянул поглубже шлем и нырнул вниз, в недра своего могучего любимца, а Капитан Наумов, командовавший пехотой, перекинул из-за спины свой старый, добрый АК и передернул затвор. Они выдвинулись на исходные позиции еще два часа назад. А до этого был сумасшедший марш по лесным завалам, когда бойцы буквально на руках перетаскивали танки через поваленные деревья или плечами вталкивали на песчаные косогоры. Монстры Дубинского, оборудованные специальными многокамерными глушителями, не могли развивать больших оборотов, опасаясь быть засеченными сенсорами охранного комплекса Разрушителя. Впрочем, и сейчас они не были уверены, что их не засекли.