Мятеж на окраине Галактики

Если бы не уникальная способность Олега чувствовать Рисунок, именно Кормачев стал бы лидером группы берсерков. Впрочем, он и был им до того, как появился Олег. Поэтому он довольно придирчиво оценивал любое принятое Олегом решение, стараясь, однако, не выходить за некие рамки, то ли определенные им самим, то ли установленные для него вышестоящим командованием.

Олег одним гибким движением хорошо тренированного тела сел на кровати:

— Что ты имеешь в виду?

Кормачев с еле заметной заминкой присел на койку рядом с Олегом. Привычка спрашивать разрешения у командира, прежде чем войти, присесть или выйти, была у него в крови, и даже теперь, после почти двух лет пребывания в комплексе, все равно иногда напоминала о себе вот такими еле заметными заминками.

— Мы переправили на Байкальскую базу одиннадцать сборочных комплектов атакаторов, но ни одного двигателя к ним. И, судя по сегодняшнему инциденту, попытка кражи двигателей, и так маловероятная, сейчас вообще переходит в разряд чисто гипотетический.

Он замолчал, ожидая ответа. Причем на его лице явно проступило выражение, означавшее, что ему не слишком нравится произносить очевидное.

Кормачев слегка шевельнул плечом, как бы обозначая, что услышал, но не уловил и потому ждет продолжения. Олег пояснил:

— В любом случае проведение операции по изъятию двигателей было возможно только один-единственный раз. Значит, мы имеем лишь одну форму ее проведения, — он сделал паузу и закончил констатирующим тоном, — аварию. И аварию с подрывом всей связки транспортных контейнеров. Что мы вполне можем осуществить и сейчас. Так что с двигателями особых проблем я не вижу.

Кормачев несколько ошеломленно помолчал. Похоже, такой вариант был для него новым. Слегка придя в себя, он спросил:

— А в чем же тогда видишь проблему ТЫ? — последнее слово Кормачев явно подчеркнул.

Олег медлил с ответом, то ли думая о чем-то своем, то ли просто держа паузу.

Кормачев мигнул, смущенный неожиданным ответом. А Олег продолжил:

— Я понимаю, ты вырос в капонире и для тебя сомнение в действиях командования выглядит чем-то сродни измене, но посуди сам. Мы, конечно, сможем достать эти одиннадцать двигателей и, вероятнее всего, научимся неплохо управляться с атакаторами, но что нам это даст? — говорил медленно, подбирая слова, стараясь, чтобы собеседник непременно его понял. — Весь вопрос в том, что все это время мы занимались не тем и не там.