На руинах Мальрока

На месте противника я бы устроил очередную засаду на подходе к крепости — ее нам точно не избежать. Но Конфидус, знакомый с пограничными порядками, сказал, что нашим врагам там придется несладко. Это не столичный гарнизон с пьяными кутежами и полным отсутствием такого понятия, как дисциплина, — здесь каждый понимает, что малейшая безалаберность может привести к прискорбным последствиям. Так что патрулировались окрестности цитаделей серьезно, и появления посторонних солдаты не пропустят. Если люди карающих и сумеют избежать их внимания, то лишь ценой серьезных усилий по маскировке. Не сумеют — новость о появлении инквизиторов узнают все, в том числе и солдаты герцога. А среди них, надеюсь, найдутся такие, кто поймет, что к чему, и не допустят нападения на нас. При таких условиях всякие усилия по созданию засад будут неэффективными — ведь усилия надо тратить на поимку беглецов, а не на увиливание от встреч с войсками короля.

К тому же я не переставал надеяться, что замысел королевы и герцога во всей его полноте карающим неизвестен. Возможно, они просто сели нам на хвост, не зная, куда мы, собственно, направляемся. Но если сумели вычислить, что мы ушли по реке, то должны понимать — направлялись к границе. Возможно, думают, что мы продолжаем двигаться в том же направлении, и ловят именно там. Не знают, что, свернув к границе, мы крюк сделали ради, как казалось, безопасного водного маршрута. А теперь крюк этот срезаем по дебрям безлюдным.

Стремясь избежать новых встреч с карающими, мы менее всего волновались о том, что дебри эти могут оказаться не столь уж безлюдными, а те, кто обитает в столь укромных местах, как правило, неспроста скрываются от цивилизации.

* * *Ночь прошла так же спокойно, если не считать проклятых сов, но утро принесло новую неприятность: раненая лошадь начала серьезно хромать. Идти наравне со всеми не могла, хотя мы и освободили ее от вьюков. Люк вместе с епископом изучил ее рану, и они пришли к однозначному выводу: животному нужен длительный отдых, иначе могут начаться совсем уж серьезные проблемы.

Лошадь серьезно замедляла наше продвижение, и, как ни жаль, пришлось ее оставить. Если повезет, достанется местным жителям, если нет — волки неплохо покушают. Некоторое время кобылка пыталась нас догнать, жалобно ржала, отставая все больше и больше, — не хотела одна оставаться. Но вскоре эта душераздирающая сцена закончилась — лошадь остановилась на большой поляне, видимо выбившись из сил вконец.

А у нас наступила полоса неудач. Для начала уткнулись в болото. Люк заявил, что обход займет слишком много времени и проще пройти напрямик, благо он нашел тропу, явно использующуюся людьми. Решили рискнуть — пойти по ней. И, разумеется, нарвались — неприятности в одиночку ходить не любят.