На руинах Мальрока

Но альтернативы ночным полетам нет — днем костры заметить труднее, да и не факт, что их вообще будут поддерживать. А вот ночью даже огонек свечи можно засечь на другом берегу озера. Это, конечно, если зрение хорошее. А у тебя оно не просто хорошее — орлиное. Ты у нас ничего не упускаешь, все видишь. Так что без тебя никак не обойтись.

Я опустился до откровенной лести, но попугай был по-прежнему мрачен и косился на меня раздраженно, делая вид, что не понимает, чего от него добиваются. Но я этого негодяя крылатого изучил хорошо и знал, как ловко он может прикидываться дурачком, если ему это выгодно. А сейчас выгодно: за просто так устраивать ночной полет Зеленому не улыбалось. И лести здесь было недостаточно.

Может, шантаж применить?

— Знаешь, Зеленый, погани здесь нет, значит, и от птицы стража толку нет. Вот какой смысл тебя кормить и поить? Допустим, прокормиться ты и самостоятельно сумеешь, а вот вина тебе своими силами не достать. Раз отказываешься помогать в такой мелочи, то я могу лишить тебя винной пайки до осени, а то и до зимы. Зимой, ладно уж, буду давать раз в месяц по пять капель, чтобы вкуса не забыл и не околел от холода.

Глаза у птица стали жалобными, будто у кота, клянчащего вкусненькое, но получить ответа я так и не сподобился — гад пернатый всем своим видом показывал, что смертельно устал и твердо намерен отсыпаться до рассвета.

Ну что с ним делать… Может, суп сварить? Нет уж, отравиться можно таким супом — стопроцентно вредное создание.

У меня оставалось последнее средство убеждения — взятка.

— Вина у нас, кстати, хватает — можно хоть каждый день пьянствовать. Не до спиртного сейчас, сам понимаешь, — я погреб закрыл на замок тюремный, а ключ у себя держу. Но, если понадобится, легко могу нацедить кружечку-другую.

Попугай заметно оживился, в глазах появился алчный блеск — я находился на правильном пути. Нехорошо, конечно, использовать птичьи слабости, но куда деваться — другим его не пронять.

— Я вот думаю, что тому, кто обнаружит лагерь тех бандитов, которые на нас напали, положена хорошая порция лучшего местного вина. Как ты считаешь?

— Справедливо, — попугай, не выдержав натиска соблазна, наконец-то снизошел до ответа.

Ободрившись, я усилил давление, голосом змея-искусителя возбуждая алкоголизм Зеленого:

— Вино здешнее — просто чудо. Я даже не могу сказать, в какой бочке лучшее: все пока что не попробовал. Говорят, когда побережье еще было обитаемо, а пираты демов не перекрывали проливы, Межгорье жило торговлей вина — здешние бароны купались в золоте. Нигде больше нет такого винограда, как здесь. На все вкусы: и сладкое, и кисловатое, и терпкое, и всех ароматов, и крепости разной. Райские напитки.