На руинах Мальрока

С помощью все того же собственного мозга я догадался, что мне потребуется сосуд как можно меньшего диаметра — для повышения точности измерений. Большой не устраивал — ведь к нему, для повышения все той же точности, и отверстие придется большим делать, а это увеличит расход воды. Не хотелось слишком часто бегать с ведром.

Искомый сосуд обнаружился в куче хлама, куда стаскивались предметы не особо ценные, но, по мнению тех, кто их обнаружил, имеющие шанс пригодиться в хозяйстве. Кстати, интересное дело: сюзерену работать наравне с мужиками дозволено лишь в критических ситуациях — например, при заделке бреши в крепостной стене перед штурмом родового замка. А вот на свалке копаться — пожалуйста: никто не поразился, завидев, как я перебираю хлам.

Зачем в Мальроке использовались керамические трубы, я понятия не имел и в данный момент не горел желанием устраивать расспросы — не исключено, что это всем известно, и я выкажу свою полную некомпетентность, серьезно подпортив биографию. Труба была надколота с одной стороны, но меня это устраивало. Подобрав в куче металлических предметов слегка погнутую оловянную чашу подходящего диаметра, я приступил к сборке своего варианта клепсидры.

Заткнул поврежденный конец трубы древесной пробкой, замазал края смолой — теперь герметичность соблюдена. Затем пришлось обращаться к кузнецу. Грат, возможно, удивился странной просьбе, но без вопросов просверлил в основании отверстие малого диаметра.

Дальше я залил в чашу немного воска и, прежде чем он застыл, укрепил на нем вертикально стебель тростника, предварительно разрисовав его чернилами разных цветов — их развел Тук из запасов сэра Флориса и епископа. В итоге получилась какая-то худосочная пародия на милицейский жезл — тонкая, длинная и пестрая, как радуга.

Поставил трубу вертикально, залил водой почти доверху, осторожно опустил чашу. Та закачалась, но уплывать ей было некуда — со всех сторон керамическая преграда. Выдернул пробку — из отверстия брызнула струйка. Уровень начал понижаться, чаша, естественно, пошла вниз, и стебель тростника вместе с ней. Глядя, с какой скоростью исчезают в недрах трубы полоски разных цветов, я нахмурился — недостаточно быстро: не получится работать с точностью до нескольких секунд. Пришлось возвращаться к Грату для расширения стока — лишь после этого признал клепсидру пригодной для задумки.

Итак, у меня теперь было устройство, с помощью которого я мог определять, с какой скоростью выполняю какие-либо действия. Не секундомер, конечно, и все относительно, но и не «на глазок» буду ориентироваться.

Пришло время эксперимента.