Дорога на малолетку

Но Димон его опередил и спросил первый, все тем же недовольным тоном:

— Это ты про че им кричал, что щас приколешь? Не про вчерашнее хочешь рассказать?

— Да не-е, — тут же соврал Виталий, сразу почуяв настроение друга, — это про Дона. А даже если и про вчерашнее, то че? Ну и приколол бы пацанов. Че здесь такого?

Димон остановился. Виталий тоже встал рядом с ним и заглянул в глаза, ожидая ответа на свой вопрос.

— Слушай, Виталь. Не говори никому об этом, — начал Димон очень серьезным голосом и кивнул на поглядывающих на них одногруппников, которым Виталий хотел рассказать о вчерашних похождениях. — Ни этим, ни Дону, никому… Ладно?

— Ну ладно, — недоуменно пожал плечами Виталий и спросил: — А че ты такой серьезный-то? Все ж нормально прошло.

— Ну не надо просто, чтоб кто-нибудь знал, — даже понизив голос от серьезности ответил Димон и, помедлив немного, добавил: — Я с ней, наверное, буду серьезно встречаться.

— Ты че, гонишь что ли, Димон? — удивился Виталий. — Ты еще, бл…дь, женись на ней возьми.

Виталий сплюнул даже от негодования. Димон опять постоял, задумавшись, потом сказал очень серьезно.

— Ну, может, и женюсь потом, как фазанку закончу. Перед армией.

Виталий усмехнулся и недоуменно уставился на него. Димон задумчиво смотрел куда-то вдаль, и лицо его при этом было таким серьезным, что Виталий тоже перестал ухмыляться. Димон добавил, тоже очень серьезным тоном:

— Ну а что? Может, и женюсь. Надо только, чтоб она не узнала ничего об этом.

Виталий даже опустил взгляд, так как ему вдруг стало немного не по себе. Он не нашел ничего лучше, чем спросить:

— Она же старше тебя, на год. На х. я она тебе?

— Ну и что? Многие так женятся, — тут же ответил Димон, по-прежнему глядя куда-то вдаль. Потом он перевел серьезный свой взгляд на него и спросил: — Ты же не скажешь ей об этом? Да, Виталь?

— Да не скажу, не скажу. На х…я мне это надо? — ответил Виталий уже совсем другим голосом, понимая теперь серьезность намерений друга. — Только я не пойму ни х…я, че ты раньше мне не сказал, что все так серьезно?

— Да я ж тебе намекал, и так, и так, но ты ж и слушать не хотел. Добазарились так, говоришь, и не е…ет…

— Ну если мы в натуре добазарились… — перебил его Виталий.

— Да я знаю, что добазарились, — грустно ответил Димон. — Я почему и пошел на это, потому что привык держать свое слово. Но сейчас же уже все, договоренности закончились? Закрываем этот вопрос? Никому больше не скажешь?

— Да все, Димон, сказал же. Никому не скажу и больше вспоминать об этом даже не буду, — сказал Виталий серьезно, чувствуя себя даже немного виноватым перед другом. — Ну мог бы и сказать, что серьезно там и все такое. Ну порвали бы договоренности, ниче страшного.