На крыльях

В общем, проблем на голову Виктора Андреевича свалилось предостаточно. И перспективы были не шибко хорошими.

Вскоре Ирина, на которую подействовало вино, уснула, а Сергей ушел в свою комнату – забыться за компьютерной игрой. И с матерью осталась только Нина, которая почти все это время молчала, поджав губы и глядя в одну точку."

"Ее словно по голове мешком с мукой огрели, и сначала она не могла поверить, что ее умный и хитрый папа, который в бизнесе считался человеком прожженным, опытным, не упускающим свой шанс, смог допустить такую оплошность.

– Что делать, мам? – спросила безжизненным тоном Нина, сидя рядом с Софьей Павловной на диване.

Она привыкла, что может свободно распоряжаться деньгами. Покупать все, что хочет. Ходить и ездить, куда хочет. Обладать тем, чем хочет.

Она привыкла к деньгам.

В то, что они всего лишились за какой-то миг, не верилось.

– Мы не вернемся за черту, – слишком хорошо помнила прежние времена Софья Павловна, и голос ее был тверд. – Я продам свои украшения. Нам хватит на первое время.

Она погладила дочь по волосам и тепло улыбнулась.

– Будь сильной, Нина. Мы со всем справимся. Это бизнес – тут бывают взлеты и падения.

– Конечно, – вернула матери улыбку девушка, стараясь выглядеть уверенной и нерасстроенной, хотя на душе кошки выли, скреблись и всячески гадили.

– Верь в папу, – повторила женщина, – он со всем разберется. У нас временные трудности.

– Конечно, мамочка, – ответила дочь, не желая, чтобы та увидела в ее глазах отчаяние.

Его никто и никогда не увидит. Она не допустит.

– Пойду, заварю успокаивающий чай, – встала с дивана Софья Павловна, у которой на кухне была целая коллекция хороших травяных чаев.

Мать ушла, а Нинка откинулась на спинку дивана.

Все мысли о Гекторе, своем стремлении стать кем-то невероятным и влиятельным покинули ее. То, что произошло, было внезапным ударом – болезненным, но не смертельным.

Отец найдет деньги.

Или…

Девушка вдруг поняла, что может сделать.

Нинка открыла широким жестом портьеры, разрешив вечернему оранжевому солнцу ворваться в гостиную, распахнула балкон и долго стояла на холоде и смотрела вдаль.

Через час она все же решилась – подумать только, она, Нина Журавль, чего-то боялась! И набрала номер Эльзы Власовны, своей противной престарелой родственницы. Слова о завещании не давали Нине покоя. Мучили ее, изводили, вцепились острыми коготками в кожу и не отпускали. Сейчас ее семья была в такой ситуации, что она готова была, сжав зубы, не только выслушать предложение старой жабы, но и пойти ей навстречу. В который раз притвориться ангелом, улыбаться. Быть клоуном на потеху старухе. Выполнить все капризы.

За деньги. За большие деньги. Она станет самым дорогим клоуном.

Эльза Власовна, как назло, не отвечала на звонок.