На крыльях

Вечно занятая Алла, наверное, долго бы еще не обращала внимание на их связь. Но к словам Лесковой прислушалась.

А теперь от Радовой узнала о том, что Лескова крутит шашни с Кириллом. Адольская не знала, правда ли, но что-то ей подсказывало, что эта девчонка с горящими от негодования глазами не станет лгать. Такие, как она, любят правду. Докапываются до нее, какой бы грязной эта правда ни была. Если это, конечно, не хорошо разыгранный спектакль по отъему их семейного капитала через Антона.

– Расскажу при встрече, – пообещала женщина. – В восемь, приезжай ко мне, милая. Поговорим.

– Приеду, – тотчас ответила девушка, которую Алла пророчила Антону в жены. Ее родители тоже были не прочь объединить семьи, вернее – капиталы. К тому же Алина нравилась Адольской – уверенная, целеустремленная и при этом – без памяти влюбленная в Антона. Идеальная жена. Но у них ничего не получилось.

– Вот и отлично, милая. Буду ждать.

Они тепло попрощались, и затем Алла позвонила своему второму сыну.

– Кирилл, ты свободен? – уже более властным тоном осведомилась она, злая, как тигр. Ладно, Антон, он всегда был не в себе, делал, что хотел, не ценя мать, но этот-то что творит? С родителями Дины уже все сто раз обсуждено, даже договоры кое-какие подписаны. А он играет с Лесковой, как ребенок. Ладно бы, сначала женился, а затем начал ходить налево. Ребенок. Но ничего, она вправит ему мозги, куда следует.

На Дину Адольской было откровенно плевать. А вот ссориться с ее родителями не хотелось – слишком выгодной партией казалась девочка.

– Мама, что-то случилось? – рассеянно поинтересовался Кирилл и крикнул куда-то в сторону:

– Проект с правками мне на стол через два часа!

Видимо, на работе.

– Нам нужно поговорить, Кирилл, – сказала его мать. – В восемь пятнадцать жду у себя.

– Но у меня встреча, – растерялся тот, чувствуя в голосе матери недовольство.

– Перенесешь, дорогой мой, – решительно велела ему Адольская.

– Хорошо, – не понял, почему мать сердита, Кирилл, но перечить не стал, и они распрощались.

– Тебе торт шоколадный купить? – спросил он вдруг перед тем, как повесить трубку. – Я по дороге к тебе в твою любимую кондитерскую заеду.

– Купи, – улыбнулась отчего-то Алла.

Кирилл всегда был заботливым."

"А вот Антон – нет. Своенравный жестокий мальчишка. Никогда ее не любил. А ведь она отдавала всю себя близнецам, пока Олег не решил, что устал от семейной жизни, и часть бизнеса пришлось брать в свои руки – тогда Алле не хотелось, чтобы ее дети в чем-то нуждались. А в то, что бросивший их Олег будет помогать – не верилось. Нет, он помогал – деньгами. А мальчишками совсем почти и не интересовался. Антон ушел к нему жить – ей в награду за заботу. Такой же, как и отец.

Третий звонок Адольская сделала бывшему мужу.